Онлайн книга «Мой персональный Люцифер»
|
Ее глаза гневно вспыхивают, в них появляется холодный блеск. Не такой, совсем не такой она выглядела, когда ворковала с ним по телефону. Почему? Почему такая разница? Разве я хуже него? Значит, он ровня ей? Тогда, если я заставлю ее рухнуть вниз, она больше не сможет смотреть на него так же, как и вчера? — Я, ‒ цедит Астахова, ‒ уже принесла свои извинения! И… Она бросает быстрый взгляд на собаку у моих ног. Да, я знаю, о чем ты думаешь, Астахова. Твоей вины в произошедшем рядом с эскалатором не было вовсе. Но ты виновата в другом. И я заставлю тебя за это ответить: за то, что назвала меня «дешевкой», за то, что заставила снова грызться за свое положение, за то, что смотрела и продолжаешь смотреть на меня свысока. За то, что я тебе не ровня. Ничего. Когда я низвергну тебя в самые глубины, ты станешь такой же, как и я. И тогда ты посмотришь на меня по-другому. Надо лишь надавить на тебя посильнее. — И я их не принял, ‒ говорю я. ‒ А раз так, инцидент не исчерпан. Верно? Лениво перевожу взгляд на блондинку. Та с готовностью кивает и трется об мою ладонь лицом. Мерзко. — Выходит, ‒ перевожу взгляд на мрачную Астахову, которая буравит спину своей подруги тяжелым взглядом, ‒ остается только одно. Я напишу заявление в полицию за оскорбление и незаконное удержание несовершеннолетней. Глаза Астаховой расширяются. Она растерянно моргает, на мгновение потеряв всю свою спесь и высокомерие, и этот ее растерянный вид… Заводит меня. Она сразу становится другой. Такой ранимой, такой… Нежной. И эта тварь у моих ног все портит. — О нет, ‒ наигранно выдыхает блондинка, ‒ я не хочу! Что мне сделать, чтобы вы не заявляли на меня? Астахова моргает ‒ и то ее выражение лица исчезает. Чувствую сожаление ‒ и злость на фифу, которая подается вперед, едва не вываливая свои буфера из выреза. — Это нелепо, ‒ говорит Астахова. Ее голос ‒ лед. ‒ Есть камеры видеонаблюдения. По ним будет видно, что оскорбление было взаимным. К тому же, среди присутствующих тут есть свидетели того происшествия. Они могут подтвердить, что мы неоднократно приносили свои извинения, как в момент происшествия, так и спустя время после конфликта. И вдобавок… ‒ Она бросает взгляд на блондинку, все еще стоящую на четвереньках. ‒ То, чем вы занимаетесь сейчас, может классифицироваться как унижение чести и достоинства другого лица. Шан… …таж? А ты не так проста, Астахова. Я смеюсь: — Хорошая попытка, Астахова. Только провальная. Записей с камер видеонаблюдения за тот день не осталось, увы, ‒ случайно стерлась, ‒ всем своим видом я показываю ей, насколько непреднамеренна была эта «случайность», ‒ присутствующие тут люди внезапно оглохли и ослепли, поэтому не смогут подтвердить твои слова. А что касается последнего пункта твоего выступления, ‒ я хватаю блондинку за отвороты ее фирменной формы и рывком закидываю ее на себя так, что она садится прямо на мой пах, и ее юбка задирается до самых трусов, ‒ то мы просто играем, не так ли? — Да, ‒ с восторгом подтверждает блондинка, ‒ просто играем!.. Астахова выглядит так, будто ее ударили по лицу ‒ но всего одно мгновенье. Она сжимает кулаки ‒ и твердо говорит: — В таком случае, играйте без меня. Она разворачивается, собираясь уйти. — Я тебя не отпускал. — Я не собака! ‒ она гневно разворачивается. ‒ Чтобы мне отдавали приказы! |