Книга Манипулятор, страница 30 – Натали Рик

— Лена! — кричу я, оглядывая барную стойку, но подруги нигде нет.

Я выхожу в более тихий коридор, ведущий к уборным, чтобы перевести дух. Руки мелко дрожат. Достаю из сумочки телефон — просто чтобы отвлечься, чтобы убедиться, что мир за пределами этого безумия всё еще существует.

Экран вспыхивает. Новое сообщение. Номер не записан в моей телефонной книге, но я помню последние цифры и узнаю этого отправителя по первой же строчке:

«Серебро тебе к лицу, Линда. Но мне не нравится, когда чужие руки пачкают мой холст. Тот баран едва не лишился пальцев, и поверь, это был бы очень некрасивый натюрморт.

Уходи оттуда. Или я приду и выключу свет во всем этом заведении. Навсегда».

Холод, настоящий, арктический холод разливается по позвоночнику, перекрывая жар клуба. Я судорожно оглядываюсь по сторонам. Десятки лиц, тени, мерцание стробоскопов... Где он?

Он здесь? Он видит меня.

Чувство, что за мной наблюдают, которое преследовало меня в квартире, теперь обретает плоть и кровь. Габриэль не просто пациент. Неужели, он режиссер этого кошмара, а я, кажется, только что подписала контракт на главную роль, ответив на его поцелуй.

— Линда! Вот ты где! — Елена выплывает из толпы, раскрасневшаяся и веселая. — Пойдем, там такие парни...

Она берет меня за руку, но я стою будто вкопанная, сжимая телефон так сильно, что белеют костяшки.

— Нам нужно уходить, — мой голос звучит хрипло, чуждо и надтреснуто.

— Что? Почему? Вечеринка только началась!

Я снова смотрю в экран. «Мой холст». Он уже считает меня своей собственностью. И самое страшное не в том, что он здесь, в темноте. Самое страшное — это электрический разряд предвкушения, который прошибает мое тело вопреки здравому смыслу.

— Он здесь, Лен, — шепчу я, глядя в темноту VIP-ложи на втором этаже, где, как мне кажется, мелькает знакомый силуэт. — Он смотрит.

— Кто…?

— Габриэль.

— Линда, ты бредишь! Какой Габриэль? — Елена пытается перекричать басы, притягивая меня к себе за плечи. — Габриэль заперт в своем склепе, он же гребаный отшельник!

Я не слушаю её. Мой взгляд мечется по лицам, выхватывая фрагменты: чей-то оскал в экстазе, блеск потных лбов, движение рук. Я срываюсь с места, почти бегом направляясь к лестнице на второй ярус. Мне нужно увидеть его. Мне нужно подтверждение, что я не схожу с ума, как те, кого я лечу.

Телефон в ладони вибрирует. Снова:

«Ты так забавно крутишь головой, маленькая мышка. Ищешь клетку? Ты ведь знаешь, что я не люблю быть на виду. Я — то, что ты чувствуешь кожей, когда гаснет лампа».

Я замираю на верхней ступеньке, вглядываясь в полумрак VIP-ложи. Там сидят какие-то бизнесмены, смеются девицы в блестках. Габриэля нет. Но воздух вокруг меня словно сгущается, становится тяжелым, будто перед грозой. Я чувствую его запах — едва уловимый аромат дорогого табака, чего-то травяного — землистого и пряного.

— Где ты?! — шепчу я, оборачиваясь вокруг своей оси.

Вспышка стробоскопа ослепляет на секунду. В этом коротком разрыве света мне чудится высокая фигура у колонны, но когда зрение возвращается — там лишь пустота и тень.

Дзинь.

«Твоё сердце бьется слишком быстро, милая. Я слышу его даже сквозь эту дешевую музыку. Ты боишься меня, Линда? Или того, что тебе понравилось, как я смотрел на твои губы? Признайся, ты пришла сюда, чтобы смыть вкус моего имени, но теперь ищешь меня в каждом встречном?».