Книга Я приняла роды у любовницы мужа!, страница 49 – Елена Соболь

— Ты не жалеешь?

Он посмотрел на меня через руль.

— Нет.

— Но торопить не буду.

— Даже если я сама потом испугаюсь и начну отступать?

— Тогда будем отступать медленно.

Я почти улыбнулась.

Потому что это было очень по-его.

Строительное.

Надежное.

Без пафоса.

Когда я вошла домой, Мира уже не спала.

Сидела на кухне с чаем.

Посмотрела на меня очень внимательно.

Слишком внимательно для семнадцатилетней девочки.

Но, видимо, возраст и наша жизнь уже давно не оставляли ей выбора.

— Ты была у него? — спросила она.

Я остановилась.

— У кого?

— У Даниила.

Вот так.

Без предисловий.

Без неловкости.

— Да.

Она опустила глаза в чашку.

Потом тихо сказала:

— Тебе было там хорошо?

Вопрос ударил неожиданно глубоко.

Потому что был не осуждающим.

Не любопытным.

А почти взрослым:

мама, ты там была в безопасности?

— Да, — ответила я честно.

Мира кивнула.

— Это видно.

Я села напротив.

Медленно.

С тяжестью новой правды внутри.

— Ты не злишься?

Она пожала плечами.

— На что? Что у тебя, возможно, не все закончилось на папе?

— Не только.

Мира посмотрела прямо.

— Мам, после всего, что сделал папа, если рядом с тобой есть мужчина, после которого ты заходишь домой и не как будто тебя только что били, — это уже очень много.

У меня сжалось горло.

Вот до какого уровня наши девочки вынуждены взрослеть:

их мера хорошего мужчины — отсутствие ощущения, что мать снова пришла избитой душой.

— Я не хочу, чтобы у тебя была такая планка, — сказала я.

— У меня будет другая, — ответила она неожиданно твердо. — Потому что я все это вижу.

И именно в этот момент я поняла:

возможно, мы не только ломаемся.

Возможно, мы еще и учимся.

Каждая на своем этаже женской жизни.

--

Гордей узнал о Данииле не сразу.

Но когда узнал — ударил точно.

Не через сцену ревности.

Не через мужской мордобой.

Разумеется, нет.

Через бизнес.

На одну из строительных фирм Даниила внезапно пришла внеплановая проверка по документам на землю.

Потом — пожарный контроль на нескольких объектах.

Потом — остановка одного из подрядов из-за “дополнительного согласования”.

Ничего такого, что невозможно объяснить.

Именно поэтому все было так мерзко.

Даниил позвонил мне сам.

— Это он, — сказал без приветствия.

Я уже сидела в машине у школы Поли и смотрела на двор, где дети катали комки грязного снега в весенней жиже.

— Что случилось?

— Начали душить фирму. Через документы, проверки, разрешения.

— Уверен?

— Да.

— Откуда знаешь?

— Потому что сегодня ко мне приезжал человек и очень вежливо намекнул, что если я перестану играть в телохранителя чужой бабы и ее бывшей соперницы, бизнесу станет легче.

Я закрыла глаза.

Конечно.

Конечно, Волк уже сложил картину до конца.

Не обязательно по фактам.

По инстинкту.

Такие, как он, очень быстро чувствуют, где личное начинает мешать их контролю.

— Прости, — сказала я тихо.

На том конце повисла пауза.

— Не смей, — ответил Даниил.

— Почему?

— Потому что я не малолетка, которую ты случайно втянула. Я взрослый мужик. Я сам сюда влез.

Я сжала руль.

— И все равно...

— Нет, Влада.

Впервые он произнес мое имя так жестко.

Почти грубо.

Но не на меня.

На мою попытку взять на себя лишнюю вину.

— Он бьет по мне не потому, что ты на меня посмотрела, — сказал Даниил. — А потому, что я встал между ним и сестрой. И, видимо, теперь уже не только между ними.