Книга Багровый папоротник, страница 85 – Ана Карана

— А у меня никто спросить не хочет? — взбрыкивает Крис, но в голосе слышу смешок. — Я тоже ее родственник!

— Когда твои дружки придут признаваться в любви, обещаю, разбираться будешь ты, — Джейс ехидно суживает глаза.

Осматриваюсь по сторонам и понимаю, что кого-то не хватает. Подхожу к Цилле и спрашиваю, где Марго.

— Ты шутишь, Лайонхарт? — окатывает ледяной волной и отвечает в обычной саркастической манере. — Она, конечно, мне подруга не больше, чем ты, но даже я представляю, каково было слушать ваши разборки.

— Зараза, — цокаю. — Все должно было быть не так.

— Какая трагедия!

— Ой, — отмахиваюсь.

Несмотря на внешнюю браваду, гложет совесть, которую отчаянно пытаюсь давить, но ее мучительная агония никак не прекратится. Как бы не относилась к Марго, все равно не желала угощать коктейлем из боли с сиропом в виде предательства. В моих грезах мы с Кайсом разговаривали с ней на чистоту, а она достойно принимала ситуацию и уходила в закат.

Разговор слышит Блю и решает вмешаться.

— Джейс в порядке?

Киваю.

— Это было жестоко. — Пронзительные голубые глаза наполнены жалостью. — Марго не заслужила, чтобы от нее отказались в присутствии всех, да еще так, будто ее вовсе не существует.

— Что ты хочешь услышать, Блю? — раздражаюсь. — Думаешь, я хотела этого? Представляла все по-другому.

— С птичками и ромашками? — встревает Цилла.

— Цилла, иди, впрысни яд в кого-нибудь другого, — отвечаю. — Без тебя тошно!

Покачав головой и закатив глаза, оставляет нас с Блю, присоединяясь к разговору Гарпий.

— Погано вышло, знаю, — говорю, заметив выражение лица подруги. — Я поговорю с Марго. И Кайс, конечно, тоже.

— Когда вы решили признаться?

— В Джастифай-сити. Наверное, надышались угарным газом, — глупо хихикаю, но прекращаю, поняв, что смеюсь одна. — Это шутка.

— Несмешно, если честно, — прикусывает губу.

Молча смотрим друг на друга. Отмечаю, что Блю выглядит болезненно: кожа бледнее обычного, руки трясутся, а на лбу испарина.

— А с тобой что? — спрашиваю. — Тебе плохо?

— Нет, с чего взяла? — Прислоняет ладонь ко лбу, вытирая капельки пота. — Просто не могу выкинуть из головы Зои в пасти перевертыша. Мне не по себе.

Мрачнею, услышав имя погибшей женщины.

— Да. Мне тоже.

— Джонатан хотел вернуться наружу, говорит, у Энди остались важные материалы в рюкзаке. — Блю оглядывается на запертую дверь. — Еле уговорили не делать этого. Вряд ли там что-то уцелело.

— Не сказал, что?

— Говорит, касается задания Картера. Больше ничего вытянуть не удалось.

В памяти всплывает разговор с Зои у колеса обозрения, когда штопала мне рану. Что-то о разных точках зрения. Связано ли это с материалами, ради которых можно рискнуть жизнью?

— Ладно, — хмуро говорю. — Пошли к остальным.

Беру Блю под руку, и мы вливаемся в разговор. Речь идет о нижних этажах лепрозория, скорее всего, затопленных водой.

— Я предлагаю добраться до источника электропитания. — Джонатан пальцем водит по расстеленной на полу ветхой схеме с планировкой лепрозория. — Без энергии мы не сможем запустить лифт, а по-другому на нижние ярусы не добраться.

Разглядываю чертеж, стараясь запечатлеть в памяти как можно больше деталей. Помню, как едва не запорола экзамен по картографии, потому что достался план с большим количеством неважных пометок, отвлекающих от ключевых объектов. Вот тогда паники было. А сейчас даже проще.