Книга Багровый папоротник, страница 149 – Ана Карана

— Рокси…

— Я слышала ваш разговор с Фениксом. То, о чем ты просил его.

Джейс на секунду приходит в замешательство, но тут же берет себя в руки.

— Даже думать забудь, что можешь остаться здесь, — толкаю в грудь. — Я лучше умру, чем позволю тебе рисковать ради того, что уже не исправить.

Вижу, как играют желваки. Чувствую, что Джейс балансирует на эмоциональной грани, но ничего не могу сделать. Случилось так, как случилось, и я виновата по гроб: просил послушаться, а получил проблему и душевную травму. Исправить нет шансов, и остается только дать повод зацепиться за более сильное отцовское чувство, которое должно перевесить боль от утраты сестры.

А себя буду ненавидеть до последнего долбаного вздоха.

Не ответив, Джейс приступает к запястью. Дает выпить таблетки, а затем промывает рану. Опасливо перехватываю здоровой рукой за локоть и отвожу.

— Лучше не трогай.

Джейс испепеляет взглядом, вырывается и принимается бинтовать рану. Закончив, поправляет рукав и поднимает холодные глаза.

— Язык за зубами, помнишь?

— Помню. Но мне все равно нельзя быть с вами.

— Я разберусь.

Жестом показывает, чтобы распахнула куртку. Подчинившись, показываю набухшую повязку на шве.

— Сколько кровищи, бр-р.

Одновременно поднимаем головы на подошедшего Криса. Брат пытается делать вид, что не волнуется, но по настороженно поджатым губам понимаю, что нервничает.

— Болит?

Ухмыляюсь и почти свожу большой и указательный палец.

— Чуть-чуть.

— Поищи нитки, — просит Джейс. — Марго пришла в себя?

— Я сам зашью, — невозмутимо изрекат Крис. В ответ на удивление, разводит руками. — Что? Мне приходилось штопать животных на работе.

— Вот уж спасибо, — брезгливо морщусь. — Не думала, что брат сравнит меня с лабораторной крысой.

— Вообще-то, собаки там тоже были. И обезьяны.

— Заткнись, Крис, — бросаю в него один из окровавленных бинтов, которыми Джейс промокал затылок. Крис уворачивается. — Неси уже нитки, обезьяний потрошитель.

Джейс прыскает, не удержав смешок. Цилла и Блю тоже хихикают, а Кайс шипит, когда Цилла случайно протыкает его иголкой глубже, чем нужно.

— Ой, прости-прости, — отдергивает руку и дует на рану.

Крис находит второй комплект швейных принадлежностей и усаживается передо мной на колени. Вопросительно смотрю на Джейса, а потом нарочито весело интересуюсь:

— А перчатки не наденете, доктор?

Джейс понимает намек, а вот Крис в такой же веселой манере пикирует:

— Ну, если бы у тебя было обезьянье бешенство, я бы подумал. У тебя же его нет? — поднимает бровь и подозрительно прищуривается.

— Дурак, — буркаю.

Даже не догадывается, как близок в шутках к правде.

— Она права, — осторожно начинает Джейс. — Нужно чем-то обработать рану и руки, чтобы не занести инфекцию.

Крис вздыхает, отклоняется назад и подтягивает рюкзак. Достает из внутреннего кармана похожие таблетки, что давал Джейс и, поместив в самодельный мешочек из бинтов, принимается стучать рукоятью пистолета. Измельчив таблетки, аккуратно высыпает порошок в бутылку и несколько раз встряхивает до растворения.

— Готово.

— И что это? — недоверчиво смотрю на мутную воду.

— Лучше, чем ничего. Будет щипать.

С этими словами резко выливает часть воды на живот, и я взвизгиваю от неожиданности. Другой обрабатывает руки и нитки, потом берет зажигалку у Джо и прокаливает иглу. Пока брат проделывает нехитрые манипуляции, разглядываю его ладони, чтобы убедиться, что нет никаких ран и царапин. Успокаиваюсь, ничего не заметив.