Книга Жена, которую захотели двое, страница 64 – Злата Нова

— Поехала к Лёше.

Лера закрыла глаза и коротко выругалась себе под нос. Не зло. Скорее устало, как человек, который услышал именно то, чего боялся.

— Ань, ты же понимаешь, что это уже не просто интрижка?

— Понимаю.

— Нет, — тихо сказала Лера. — Мне кажется, ты понимаешь головой. А живёшь уже совсем другим местом.

Анна сжала чашку обеими руками, хотя кофе был слишком горячим. Она смотрела на молочную пену и чувствовала, как внутри поднимается усталость, похожая почти на желание заплакать.

— Я не могу остановиться, — сказала она наконец. — Вот в чём проблема. Не в том, что я не знаю, что это ужасно. Я знаю. Не в том, что не люблю Диму. Я люблю. Но я не могу остановиться.

Лера молчала. В кафе звякнула посуда, кто-то засмеялся у стойки, за окном прошёл человек с жёлтым зонтом. Жизнь вокруг была обычной, а Анна сидела посреди неё с чувством, будто только что произнесла вслух собственный приговор.

— Я думала, после первого раза меня накроет так, что я от всего откажусь, — продолжила она. — Или после второго. Или после того, как Дима начнёт смотреть внимательнее. Но каждый раз происходит наоборот. Чем страшнее становится, тем сильнее меня туда тянет.

— К кому? — спросила Лера. — К одному из них или ко всему этому?

Анна подняла глаза. Вопрос был правильный. Слишком правильный.

— Ко всему, — честно сказала она. — К тому, как на меня смотрят. Как хотят. Как рядом с ними я перестаю быть... обычной. Лёша рядом со мной как огонь. С ним всё сразу, всё жадно, всё по-живому. Виктор другой. С ним я как будто сдаюсь глубже. И от этого мне ещё страшнее.

Лера медленно кивнула.

— А Дима?

Анна улыбнулась одними губами. Очень устало.

— Дима — это дом. Боль. Нежность. Вина. Всё сразу.

Лера долго смотрела на неё, потом сказала:

— Ты сейчас не между двумя мужчинами. Ты между двумя версиями себя. Та, которая ещё хочет остаться хорошей женой, и та, которой уже мало просто быть хорошей.

Анна закрыла глаза на секунду.

— Да.

— И какая побеждает?

Она не ответила сразу. Потому что ответ был слишком очевидным.

— Та, которая хочет, — произнесла Анна тихо.

Лера откинулась на спинку стула и потерла лоб.

— Скажи мне честно. Ты хоть раз пыталась всё закончить не на словах, а по-настоящему? Без «с понедельника», без «после этой встречи», без «ещё один раз и хватит»?

Анна посмотрела на неё почти виновато.

— Нет.

— Потому что не хочешь?

— Потому что не могу.

Лера криво усмехнулась.

— Это почти одно и то же, Ань.

От этих слов стало больно. Не потому что они были жестокими, а потому что были правдой. Анна уже давно не жила в логике «я оступилась». Она жила в логике «я снова выбрала». И с каждым разом это становилось всё труднее назвать случайностью.

— Я иногда думаю, что со мной что-то не так, — сказала она после паузы. — Нормальная женщина бы уже испугалась настолько, что убежала бы от всего этого. А я... я боюсь, да. Очень. Но всё равно иду.

Лера вздохнула и потянулась через стол. Накрыла её руку своей.

— С тобой не «что-то не так». Ты просто наконец дорвалась до того, чего тебе слишком долго не хватало, и теперь не умеешь остановиться вовремя. Это не делает тебя чудовищем. Но это делает тебя опасной. И для мужа. И для себя.

Анна кивнула. Это тоже была правда.

Они сидели ещё долго. Говорили уже не только о мужчинах, а о том, как легко всё разрушить, как трудно потом будет собрать обратно, как странно устроено женское желание, когда оно просыпается поздно и сразу слишком сильно. Лера не оправдывала её, но и не добивала. Наверное, именно этого Анне сейчас и нужно было больше всего — не прощение, а трезвость.