Книга Жена, которую захотели двое, страница 21 – Злата Нова

Он ласкал её долго, не спеша, доводя до безумия каждым прикосновением. Анна стояла, держась за его плечи, потом за волосы, потом за край стола, потому что ноги уже почти не слушались. Её тело отвечало ему открыто, горячо, с такой силой, что ей становилось страшно от самой себя.

Напряжение поднималось всё выше. Она пыталась сдерживаться, кусала губы, зажимала ладонью рот, но Алексей только крепче удерживал её, словно знал, что ей больше не нужно притворяться тихой. В какой-то миг всё внутри неё сорвалось, и Анна резко выгнулась, едва не вскрикнув, пока горячая волна проходила по всему телу.

После этого она несколько секунд не могла дышать. Алексей поднялся, обнял её, прижал к себе, и Анна спрятала лицо у него на груди. Её трясло от удовольствия, от страха, от чудовищной ясности того, что она только что позволила себе.

Он поцеловал её в висок, потом в губы. Поцелуй снова стал глубже, тяжелее, опаснее, и Анна почувствовала, как он хочет большего. Она тоже хотела, и именно это испугало её сильнее всего.

— Нет, — выдохнула она, упираясь ладонями ему в грудь. — Лёша, нет.

Алексей замер сразу. Он отпустил её, но не отошёл далеко, только смотрел на неё потемневшими глазами и тяжело дышал. Анна поправила платье дрожащими руками, чувствуя, как стыд возвращается слишком быстро, почти больно.

— Я не могу, — сказала она глухо. — У меня муж.

Эти слова повисли между ними, как закрытая дверь. Алексей долго молчал, потом кивнул и провёл ладонью по лицу, будто тоже пытался вернуться в реальность. В его взгляде не было обиды, только желание, которое он всё ещё держал на расстоянии.

— Я понял, — сказал он. — Но ты сама знаешь, что это уже не остановило нас.

Анна закрыла глаза. Она хотела возразить, но не смогла, потому что он был прав. Самое страшное уже случилось не на кухне, не в его руках и даже не в той слепой волне удовольствия, от которой у неё до сих пор дрожали ноги.

Самое страшное случилось в тот момент, когда она поняла, что хочет продолжения.

Анна увидела коробку сразу, как только вошла в кабинет Виктора. Она лежала на краю стола: чёрная, матовая, с тонкой лентой, слишком красивая и слишком личная для рабочего места. Виктор сидел в кресле и смотрел на неё так спокойно, будто на столе лежали обычные документы.

— Это тебе, — сказал он. — Не как сотруднице.

Анна остановилась у двери. После Алексея она и так жила с ощущением, что любая мужская близость стала для неё опасной. Но от Виктора опасность была другой: не горячей и порывистой, как у Лёши, а тихой, уверенной, будто он заранее знал, что она всё равно подойдёт.

— Я не должна это брать, — сказала она.

— Тогда не бери, — ответил он. — Но сначала посмотри.

Она подошла к столу и развязала ленту. Внутри было бельё цвета тёмного вина: тонкое кружево, мягкие чашечки, прозрачные вставки, пояс, который казался созданным не для удобства, а для чужого взгляда. Анна почувствовала, как у неё вспыхнули щёки.

— Виктор…

— Просто Виктор, — сказал он. — Хотя бы сейчас.

Она провела пальцами по кружеву и вдруг вспомнила Лёшу. Его руки были горячими, нетерпеливыми, почти голодными. Он ласкал её так, будто дорвался до того, о чём давно мечтал, и от этой жадности у Анны тогда дрожали ноги.

С Виктором всё было иначе. Он даже не прикасался к ней, но она уже чувствовала себя почти раздетой. Лёша заставлял её забывать обо всём от страсти, а Виктор заставлял ждать, и это ожидание почему-то было не менее мучительным.