Книга Слабо не влюбиться?, страница 60 – Татьяна Никандрова

Это все мелочи. Это неважно. Главное — что прямо сейчас меня действительно отпускает.

Глава 25. Лето 2017

Одиннадцать лет учебы наконец позади. Последний звонок отзвенел, знаменуя финал целой эпохи. Больше никаких уроков, никакой утомительной домашки, никаких переживаний за оценки в дневнике. Осталось сдать экзамены, отгулять выпускной и помахать школе ручкой. А затем с улыбкой шагнуть в следующий жизненный этап.

Кошусь на настенные часы и, решив, что пора передохнуть, выхожу из-за стола. Хочется немного проветриться, освежить мозги. А то от тестов по русскому языку у меня уже голова идет кругом, весь день их решала. Сейчас прогуляюсь, поем мороженое и снова обложусь методичками. Что уж говорить, жизнь выпускника не блещет красками.

Облачаюсь в тонкий летний сарафан и выхожу на улицу. Теплый ветерок приятно треплет по щекам, и я с наслаждением тяну носом прогретый на солнце воздух. Обожаю лето! Если бы не эти висящие над душой экзамены, я бы домой только ночевать приходила.

Заворачиваю за угол к любимому ларьку с мороженым и вдруг натыкаюсь на интересную картинку: на припаркованном у обочины байке сидит Соколов и сосредоточенно пялится в телефон. Один одинешенек. Рядом никого: ни привычной компании друзей, ни прилипалы Дианы, с которой они в последнее время натурально не разлей вода.

— Тём! Привет! — окликаю я, направляясь в его сторону.

Соколов вскидывает голову, и на его губах появляется фирменная улыбочка, призванная разбивать женские сердца. Даже у меня при взгляде на нее сердце екает.

На парне широкие, низко сидящие джинсы и просторная белая футболка без надписей. На оголенных предплечьях красуются многочисленные цветастые рисунки, среди которых я замечаю изображение ангела с нимбом над головой. Очень символично, ведь когда-то Соколов виделся мне таким же хероувимом — светлым и безгрешным. Правда это было до того, как я увидела его руки под юбкой у Дианы.

— Малая! Какие люди!

Артём засовывает телефон в карман джинсов и, перевернув надвинутую на глаза кепку козырьком назад, устремляется мне навстречу. Он распахивает объятья, и я, поддавшись внезапному порыву, падаю в них без оглядки. Мы не виделись почти неделю, и, оказывается, за это время я успела соскучиться по другу.

Утыкаюсь носом Соколову в плечо и утопаю в сладковатом аромате его кожи. Он пахнет, как детство. Как подсолнухи, которые мы вместе собирали. Как закатный вечер у реки. Как пыль, прибитая скейтбордом. Как перекись водорода, которой мы поливали ссадины.

Его запах — это сосредоточение самых теплых, самых ярких воспоминаний, которые обрушиваются на меня и кружат голову. Соколов как наркотик — одной затяжки достаточно, что улететь в радужный мир и потерять связь с реальностью.

— Как дела? Ты куда-то собираешься? — киваю на мотоцикл.

— Да нет, Дианку подвозил. Она с предками в Испанию умотала. Почти на три недели.

— З-зависть, — вздыхаю я.

— Да не говори, я бы и сам с удовольствием на Ибице затусил. Но с этим ЕГЭ не судьба.

— Зато будет возможность как следует подготовиться к сдаче. Никто не будет тебя отвлекать.

— Да мне на эти экзамены, если честно, фиолетово, — огорошивает Тёма. — Я ведь никуда поступать не планирую.

— Как не планируешь? — ахаю я.

— Ну вот так. На кой черт мне вышка, если я не собираюсь работать по специальности?