Онлайн книга «Слабо не влюбиться?»
|
Я ведь говорю очевидные вещи! Неужели он не понимает?! — Ты же знаешь мою философию, Вась. Лучше стыдно, чем никогда. Ⓒ Татьяна Никандрова, 2023 Данное произведение подлежит защите авторских прав [Гражданский кодекс РФ] [Глава 70] [Статья 1271] Глава 22 Знакомый и горячо любимый запах родом из детства. Губы. До неприличия красивые губы всего в паре сантиметров от меня. Мягкие на вид. С плавным манящим контуром. Рваный выдох. Горячее дыхание на моем лице. Господи, кажется, я схожу с ума! Я не понимаю Соколова! Зачем он это все делает? Да и себя, если честно, тоже не понимаю. И хочется, и колется, как говорится. Хотя нет. Даже не так. Не колется, а режется. Прямо лезвием по сердцу проходится. До крови. До артерий, разодранных в клочья. Мне так страшно… Артём наклоняется, замедляя ход времени. Губы распахиваются сами собой, словно желают ощутить его вкус. Он рядом. Невероятно близко. Эмоции зашкаливают. Крышу рвет. Последний жалкий сантиметр расстояния тает в воздухе. Наше учащенное дыхание становится единым. Электрические заряды предвкушения покалывают нежную кожу губ. Соколов обхватывает мое лицо большими теплыми ладонями и… Целует. Безумный взрыв! С тысячами, миллионами сверкающих искр! С ударной волной, сметающей все на своем пути! С осколками, дребезгом, пульсацией… А затем оглушающая тишина. Будто мы в вакуум попали. И тут мои предохранители окончательно выходят из строя. Система безопасности рушится по кирпичикам. Исчезает под напором стремительно нахлынувшего безумия. Раскрываю рот пошире, впуская язык Артёма внутрь. Его горячие губы влажно скользят по моим, вынуждая меня издавать тихие, но при этом какие-то пошлые стоны. Стеснение? Нет, не слышала. Парень обхватывает меня за талию, прижимая теснее к себе, а я обвиваю руками его сильную шею. Сотой долей сознания понимаю, что мы не одни, что на нас смотрят люди… Но в данную секунду мне на это плевать. Мне сейчас вообще на все наплевать. Здравый смысл? Что это? Соколов очень горячий. Я прямо кожей чувствую исходящий от него жар. Он целуется вкусно, со смаком, жадно нанизывая удовольствие на тонкую нить отведенного нам времени. В его властных движениях ощущается буйный, ураганный порыв, против которого невозможно устоять. А еще в них есть надлом. Едва уловимый, но все же вполне реальный. Будто в глубине души Артём тоже понимает, что мы пересекли запретную черту, нарушили грань дозволенного. Что прежними нам отныне не быть. Короткий вздох. Последнее отчаянное объятие. Последняя попытка удержать его тепло в своих ладонях. Мы с Артёмом отлипаем друг от друга, и реальность, о которой мы напрочь забыли, вновь обрушивается на наши головы. Внезапно и как-то неприятно резко. Словно холодная вода из случайно включенного душа. Оглядываюсь на притихших одноклассников и ловлю на их лицах выражение тотального шока. Они сидят в оцепенении и таращатся на нас с Соколовым с таким неподдельным изумлением, будто только что увидели приземление инопланетного корабля. — О-фи-ге-ть! — первой затянувшееся молчание нарушает Лерка. Она бледная и какая-то до одури ошеломленная. Потрясенно качает головой и часто моргает. Блин, неужели мы с Тёмой выглядели совсем уж предосудительно? Надо было хоть немного себя контролировать… |