Книга Зови меня Златовлаской 2, страница 44 – Татьяна Никандрова

— Потому что ты мелкая! Сколько тебе? Шестнадцать?

— Семнадцать вообще-то!

— Ну, ну суть, восемнадцати все равно нет, поэтом сорян.

— О чем это вы? – вмешалась в разговор Ада, приближаясь к ребятам.

— Мы идем играть в Агилеево! – тоном, полным детского восторга, сообщил Леха Исаев.

— Во что играть? – я не планировала присоединяться к разговору, но услышанное слишком сильно заинтересовало меня.

Агилеево или Агилеевской больницей называлось заброшенное здание на окраине города. Его строительство началось в восьмидесятые годы и было приостановлено спустя пять лет. Все это время больница оставалась недостроенной и постепенно разрушалась. Раньше она охранялась, но сейчас уже лет как десять за ней никто не следил. О больнице ходили разные городские легенды, и лично у меня она всегда ассоциировалась с чем-то таинственным и жутким.

— В Казаки-разбойники, – так же воодушевленно ответил Леха.

— А... Это разве не детская игра? – нахмурилась я.

— Нет, Сашка, совсем не детская. Мы играем по-взрослому, – подмигнул мне Назар.

— Я с вами! – вдруг решительно заявила Ада.

— Ты чего? – я оторопело уставилась на нее. – Это же Агилеево! Там могут быть сталкеры, бомжы и прочая нечисть...

— Кино? Боулинг? Ты серьезно, Саш? – подруга со скепсисом припомнила мои недавние предложения. – Агилеево – вот, что нужно, чтобы отвлечься.

Я открыла рот, чтобы что-то возразить, но Назар, хлопнув по стойке администратора, на которую опирался, громко объявил:

— Окей, значит, Сашка и ее подруга идут с нами!

— Но им тоже по семнадцать! – обиженно вставила Полина Краснова.

— Их я беру под личную ответственность, – улыбнулся Назар. – Извини.

Толпа, состоящая из полутора десятков человек, двинулась к выходу, и Ада последовала за ними.

— Ты серьезно? – прошипела я, хватая ее за руку. – Я не хочу туда идти, тем более с Назаром!

— Не хочешь – не иди, – отрезала она. – Я вот хочу. И, по-моему, с Фоминым ты сама себе все напридумывала. Он ведь даже ни разу не позвонил тебе, чего ты паришься?

Отрицать здравый смысл в словах подруги было сложно, поэтому, побухтев еще немного, я тоже решила присоединиться. В конце концов Казаки-разбойники были моей любимой детской игрой.

От здания, в котором находилась "Экстра" до Агилеево было рукой подать. Мы проехали несколько остановок на троллейбусе, а потом еще минут семь шли пешком. Оказавшись на месте, я увидела Агилеевскую больницу как никогда близко.

Это было четырехэтажное полуразвалившееся здание с облупившимися стенами и выбитыми кое-где окнами, внутри которых чернела темнота. Территория, прилегающая к больнице, поросла кустарником так сильно, что весь первый этаж практически полностью скрылся за густой растительностью.

На фоне алого зарева заката больница выглядела таинственно и, как ни странно, величественно. В пейзаже, представшем моему взору, сквозила какая-то мрачная, но манящая загадочность. Кроме нас, вокруг не было ни души, и от этого место казалось еще более жутким и мистическим.

— Не передумала? – поежившись, спросила я у подруги.

— Нет, это же настоящее приключение, – в голосе Ады звучал какой-то благоговейный трепет.

Она была права. Мысль о том, что нам предстоит зайти в Агилеево, щекотала нервы и будоражила фантазию.

— Ну что, народ, давайте вникать в суть игры, – голосом командира объявил Назар, и все сгрудились вокруг него. – Мы делимся на две команды: казаки и разбойники. Казаки идут и создают темницу, ее территорию можно очертить мелом. В ней будут содержаться пойманные разбойники. Пока казаки занимаются поиском и устройством места для темницы, разбойники придумывают пароль, который записывается на бумажке и прячется в укромном месте, чтобы в конце игры можно было убедиться в его достоверности. После того, как все будет готово, обе команды собираются вместе у входа в здание. Начинается отсчет. В это время казаки стоят на месте, а разбойники прячутся. Досчитав до тридцати, казаки начинают искать разбойников. Разбойника нужно не просто найти, а еще и поймать. То есть обязательно коснуться. Во время касания казак должен сказать фразу: "Красная печать – нельзя убегать". Это значит, что отныне разбойник у него в плену.