Книга Зови меня Златовлаской 2, страница 35 – Татьяна Никандрова

— Я поняла, давай без подробностей, – перебила парня я и, подхватив его под руку, повела в ресторан.

В "Симфонии" все выглядело готовым к приему большого числа гостей. Круглые столы с белоснежными скатертями были украшены живыми цветами. По залу ходили официанты в черных жилетах и белых перчатках, предлагая гостям шампанское и закуски. Играла фоновая классическая музыка, и помещение постепенно заполнялось дорого одетыми людьми.

Окружающая обстановка была в высшей степени помпезной и торжественной, так что поначалу я чувствовала себя немного скованно. К тому же мои стильные на вид туфли на деле оказались крайне неудобными.

Мы с Никитой подошли к небольшому стенду с планом рассадки гостей и выяснили, что нам предстояло сидеть за одним столом с Адой, Максимом и его троюродной сестрой. Той самой, на которую Ящук имел виды.

Официант, проходивший мимо, нес на подносе макаруны, и взяла себе парочку. Мы с Никитой расположились за своим столом и начали глазеть по сторонам, шепотом обсуждая присутствующих.

Спустя несколько минут в зал вошли шикарные Ада и Максим. Смотрелись они здорово. На ней было красное платье, на нем – красная бабочка. Лицо подруги украшал изысканный макияж, а густые черные волосы были собраны в романтический пучок. Ребята подсели к нам, и мы с Адой начали весело болтать.

Через полчаса появились и виновники торжества – Герман Анатольевич и Ирина Геннадьевна Муслимовы. Нарядные, красивые и с неизменным чувством собственного достоинства.

Мать Максима в черном платье в пол показалась мне еще более властной и холодной, чем тогда на митинге. Ее ярко накрашенные губы были плотно сжаты, и серые глаза оценивающе скользили по присутствующим.

Заметив кого-то в толпе, Ирина Геннадьевна сдержанно улыбнулась и помахала рукой, а через несколько мгновений к ней приблизились две женщины. Точнее женщина и девушка, которые, судя по сходству их лиц, были родственницами.

Ирина Геннадьевна какое-то время беседовала с ними, а затем они втроем направились к нашему столу.

— Максим, это Майя Градова, о которой я тебе говорила, – с легкой улыбкой произнесла женщина, представляя сыну молодую девушку лет восемнадцати. – Мою приятельницу Глафиру Аркадьевну, надеюсь, ты помнишь.

Муслимов поднялся и вежливо поздоровался с обеими дамами. Майя одарила парня заинтересованным взглядом и широко улыбнулась:

— Наконец-то мы увиделись, Максим. Я очень рада встрече.

— Взаимно, – довольно сухо отозвался Муслимов и сел обратно на свое место.

— Майя – замечательная девушка, – продолжала Ирина Геннадьевна. – В том году закончила школу с золотой медалью, мастер спорта по фигурному катанию и просто очень милая особа.

Мне почудилось, или мать Макса правда сватала ему эту девицу? Я искоса глянула на Аду и заметила, что подруга внешне была совершенно спокойна, но все же едва уловимый огонек бешенства медленно разгорался в ее глазах.

— Майя, присаживайся вот сюда, – Ирина Геннадьевна указала ей на стул, рядом с Максимом, который на данный момент занимал Ящук. – Никитушка, будь любезен, сядь с другой стороны от своей спутницы.

Мой кавалер выполнил просьбу женщины, и Майя Градова расположилась между мной и Максом. Муслимов представил ей нас, на этот раз назвав Аду "своей девушкой". Однако Майя, кажется, этого не расслышала, потому что, повернувшись к Максиму всем корпусом, нежнейшим голоском пропела: