Книга По осколкам твоей лжи, страница 4 – Татьяна Никандрова

На самом деле я вообще очень многим обязан Тиму. Он сотню раз прикрывал мою задницу и за долгие годы нашего знакомства показал себя как по-настоящему надежный друг. Именно благодаря нему моя криминальная история с угоном тачек была улажена, а я сам получил возможность начать жизнь с нуля. На этот раз — работая в его компании.

Поначалу Алаев взял меня рядовым сотрудником и платил зарплату, которой едва хватало на съем жилья и хавчик. Но я не роптал и не возмущался. Просто делал свое дело так качественно, как только мог. И в конечном итоге это дало свои плоды.

Пара-тройка удачно закрытых сделок — и вот я наконец получил долгожданное повышение. Потом еще одно. И еще. Глупо полагать, что факт близкой дружбы с собственником никак не поспособствовал моему стремительному карьерному росту, но все же, если бы я был конченным дебилом, Алаев вряд ли бы стал меня двигать. Он, конечно, хороший друг и все такое, но в убыток себе ничего делать не станет. В первую очередь Тимурка — преуспевающий делец. А собственные интересы у дельцов всегда на первом месте. И это в общем-то правильно.

На момент моего трудоустройства у меня не было практически никакого серьезного опыта в бизнесе. Так, одно баловство. Разумеется, я проходил экономику в институте, где довольно неплохо учился, но все же теория — это одно, а практика — совершенно иное.

Быстро сориентироваться и вникнуть в процессы мне помогло врожденное чутье и математический склад ума. Бизнес — это не задача, решаемая по заранее известной формуле, но все же предсказать некоторые переменные вполне реально. Я читал много литературы, не стеснялся задавать вопросы и старался мыслить критически. Наверное, именно поэтому у меня получилось не просто задержаться в компании друга, но и добиться определенных результатов.

— Кстати, я с Солонским час назад созванивался, — говорю я, просовывая руки в рукава рубашки. — Они готовы двигаться по цене.

— Да ну? — с сомнением тянет Алаев. — Как ты его уговорил?

— Сказал, что «ЕвроПласт» посчитал нам смету дешевле.

— Но у них дороже…

— Солонский об этом не знает.

— А если узнает?

— Я тут на днях пил кофе с его секретаршей и узнал, что, оказывается, он уже два года в контрах с руководством «Европласт». Никаких контактов, только жесткая конкуренция. Так что забрать наш заказ для Солонского теперь дело принципа.

— Четко сработано, — усмехается Тимур. — Одобряю.

— В джинсах можно идти? — бросаю ему через плечо. — Или обязательно брюки надевать?

— Ран, ну какие джинсы? Люди специально для этого вечера стилистов нанимали, а ты из своего рванья вылезти не хочешь.

— Они не рваные, — окидываю взглядом темно-синие левайсы.

— Похуй. Снимай.

Закатываю глаза, но подчиняюсь. Алаев как-никак босс. Да и в пафосных вечеринках получше моего разбирается.

— Слушай, а ты с секретаршей Солонского правда кофе пил? — помолчав, спрашивает друг. — Или чем-то более увлекательным занимался?

— Тебе так интересны подробности моей интимной жизни? — посмеиваюсь я, накидывая пиджак.

— Ничуть, — скалится он.

— Ну тогда не задавай тупых вопросов, — беру со стола телефон и устремляюсь на выход. — Погнали.

Покидаем офис и тут же ныряем в тачку, которая ожидает нас у входа. У Алаева звонит мобильник, и он погружается в ванильный треп со своей ненаглядной Лерой. Каждый раз, когда он говорит с ней по телефону, его по обыкновению сосредоточенное лицо приобретает глуповатое выражение.