Книга Попробуй сбежать, страница 22 – Виктория Рогозина

Давид откинулся в кресле, медленно прокручивая в пальцах зажигалку. Огонёк вспыхнул и тут же погас. Он усмехнулся — уголком губ, лениво, но с интересом.

— Неужели… — пауза вышла почти театральной. — Это была Ванесса?

— Она самая, — подтвердил Фобос. — Навёл справки. Девчонка не с улицы. Работала тест-гонщиком в «Формуле». Высокая квалификация, реакция, холодная голова. Но её красиво слили. Подставили, протолкнули «нужных» — всё как обычно.

Давид тихо хмыкнул. Картинка начала складываться: дерзкая походка, уверенный взгляд, отсутствие страха там, где он должен был быть. И эта манера — не просить, не оправдываться, а идти напролом, даже когда шансов почти нет.

— Значит, нелегальные гонки, — медленно произнёс он. — Деньги нужны.

— Похоже на то, — подтвердил Фобос. — Она недавно начала светиться. Не шумит, не лезет в кадр, просто приезжает и забирает своё. Экономит, не сорит баблом. Умная.

Давид поднялся, накинул пиджак, будто решение уже было принято задолго до разговора.

— Я сейчас приеду.

— Слежку продолжать? — уточнил Фобос.

— Да, — коротко ответил Давид, уже направляясь к выходу. Потом на секунду остановился, словно вспомнил что-то незначительное. — И ещё. Закажи ей новый пульт.

На том конце повисла пауза.

— А со старым что? — с любопытством спросил Фобос.

Давид усмехнулся шире, чем раньше, в этом движении было что-то хищное, почти довольное.

— Уронила мне на ногу.

Фобос тихо рассмеялся — коротко, глухо.

— Понял. Сделаю.

Связь оборвалась. Давид вышел из кабинета, шаги его эхом разошлись по коридору. В голове уже выстраивалась новая партия, куда интереснее прежних.

Ванесса оказалась не просто забавной. Она была опасной. А такие люди всегда стоили внимания.

Давид выцепил её машину сразу — не по номеру, не по цвету, а по тому, как она стояла. Чуть в стороне от основной толпы, будто ей не нужно было внимание. Кузов был перекрашен — глубокий тёмный оттенок, меняющийся под светом фар, бампер чужой, с другой эмблемой, стекла плотно тонированы. Машина выглядела скромнее остальных, без показной агрессии, без неоновых полос и дешёвого тюнинга, но в этой сдержанности чувствовалась уверенность хищника, который не рычит до прыжка.

Давид усмехнулся краем губ.

Она не выходила. Сидела внутри, будто сливалась с машиной, будто это было не средство передвижения, а продолжение её тела. Он хорошо знал этот тип — те, кто не суетится, чаще всего оказываются самыми опасными.

Он вышел из своей машины, хлопнул дверью, щёлкнул зажигалкой. Сигарета вспыхнула коротким огнём. Давид прислонился плечом к дверце, лениво оглядывая пространство вокруг.

Заброшенная трасса выглядела как реликт другой эпохи: потрескавшийся асфальт, проросший сорняками по краям, облупленные отбойники, старые фонари, которые больше не зажигались. Двадцать лет назад здесь планировали будущее автоспорта, а теперь — только ночь, дым от резины и толпа людей, жаждущих скорости и адреналина.

Машин собралось много. Слишком много. Хищные силуэты суперкаров, перекроенные «японцы», старые, но злые «американцы», каждая — с характером, каждая — с владельцем, который хотел доказать миру, что он чего-то стоит. Двигатели рычали, кто-то уже жёг резину, вокруг витал запах бензина, масла и дешёвых энергетиков. Толпа гудела, снимала на телефоны, смеялась, спорила на деньги.