Книга Отвергнутая жена дракона. Мастерская живых кукол, страница 89 – Диана Фурсова

Рейнар услышал это. Но ответил без лишней мягкости:

— Да. С приказом и с тем, что узнаю.

— И без Арделя у себя за спиной.

— Если найду Арделя, он будет не за спиной.

Она кивнула.

Он уже был у двери, когда остановился.

— Элина.

Она подняла глаза.

— Я не хочу просить прощения на ходу, между уликами, приказами и людьми, которые ждут моего решения. Это будет слишком удобно для меня и слишком мало для Вас.

Она не сразу ответила.

— Тогда не просите сейчас.

— Не прошу. Говорю, что вернусь для этого отдельно.

С этими словами он ушёл.

Ним долго смотрела ему вслед.

— Это было почти прилично.

Элина закрыла шкатулку Астеры.

— Вот именно “почти” меня и беспокоит.

День начался без права на слабость.

Пока Рейнар разбирался в замке, мастерская занималась учётом. Именно так Элина и назвала это, когда Мира спросила, с чего начинать королевский заказ. Не с вдохновения, не с великой магии, не с красивого жеста, а с учёта.

Они разложили материалы по столам: целые катушки, повреждённые катушки, нити неизвестного назначения, ткани, которые можно использовать, ткани для укрепления, дерево для заготовок, инструменты, требующие чистки, фурнитура, ленты, старые глаза, маленькие ключи, кусочки металла, костяные иглы. Пим носил воду и сухие тряпки. Талия составляла список недостач так строго, что даже Весы смотрела на неё с уважением. Тиан оказался неожиданно хорош в сортировке деревянных заготовок: он замечал трещины и сучки, которые Пим пропускал. Мира переписывала всё в две тетради — одну для мастерской, другую для будущего отчёта.

Элина работала вместе со всеми.

Не изображала хозяйку, которая только отдаёт распоряжения. Сама чистила резцы, распутывала нити, проверяла ткань на просвет, заворачивала повреждённые кукольные детали в мягкое полотно. Руки снова стали грязными от воска, пыли и древесной крошки. Это успокаивало лучше любых слов.

Около полудня Оконница, установленная у восточного окна, вдруг подняла прозрачные глаза.

— В главном коридоре спорят.

— Кто? — спросила Элина, не отрываясь от ткани.

— Дракон. Управляющий. Женщина в белом. Старший советник без кольца.

— Ардель? — Рейнар всё-таки нашёл его.

— Без кольца, — повторила Оконница. — Злится, потому что камень не при нём.

Ним удовлетворённо выпрямилась.

— Значит, шкатулку без дна нашли.

— Что с Авелией? — спросила Мира почти шёпотом.

Оконница повернула голову к другому окну.

— Улыбается. Плохо.

— У неё редко получается хорошо, если смотреть не глазами гостей, — заметила Ним.

Элина продолжила работу, хотя каждое слово цепляло внимание. Ей хотелось знать, что происходит в замке, но бросить мастерскую ради чужого спора было бы именно тем, чего от неё ждали: сорваться, оставить работу, начать доказывать свою правоту в зале, где её однажды уже списали. Нет. Рейнар сказал, что вернётся с приказом и сведениями. Пусть доказывает делом, что его словам можно дать хотя бы небольшой кредит доверия.

Он вернулся ближе к вечеру.

Один.

Это было первое, что Элина заметила. Без Ливера, без советников, без Авелии, без стражи за плечом. Только папка в руке, новый свиток с печатью и такое выражение лица, с которым люди приходят не побеждать, а отвечать.

Мастерская притихла.

Элина стояла у длинного стола и подбирала дерево для основы королевской куклы. Перед ней лежали три заготовки: светлая, тёмная и одна старая, с едва заметным следом от прежнего узора. Именно последняя отзывалась на руку теплее всего.