Книга Отвергнутая жена дракона. Мастерская живых кукол, страница 84 – Диана Фурсова

Тиан сидел на низком табурете у стола и двумя пальцами придерживал катушку с медной нитью, пока Элина распутывала край. Мальчик старался дышать тише, чем свеча потрескивала в подсвечнике. После того как книга записала его свидетелем, он словно боялся лишним движением доказать, что запись ошиблась. Элина заметила это ещё час назад, но не стала сразу говорить. У детей, которых долго не замечали, осторожность часто держится крепче, чем пуговица на старом жилете: потянешь резко — оторвёшь вместе с тканью.

— Тиан, — сказала она наконец, не поднимая глаз от нити, — если катушка упадёт, это не будет преступлением против рода.

Он вздрогнул.

— Я не уроню, госпожа.

— Я верю. Но рука у тебя уже затекла.

Мальчик покраснел, виновато разжал пальцы и тут же снова схватил катушку, будто та собиралась сбежать. Ним, сидевшая на краю стола, посмотрела на него с выражением строгой наставницы.

— Катушки редко убегают от тех, кто их держит с уважением. От дураков — случается, но ты пока производишь впечатление не безнадёжного.

Тиан не понял, похвалили его или оскорбили, и на всякий случай кивнул.

Элина всё-таки улыбнулась. Улыбка получилась усталой, но настоящей. После ночи, в которой чёрные нити пытались лишить мастерскую права быть собой, даже такой маленький смешной момент стоил дорого.

Рейнар вернулся из сада, когда первые серые полосы рассвета легли на окна. Он успел распорядиться насчёт задержанного, закрыть лаз у садовой стены, отправить людей к старой прачечной и выставить стражу у нижнего архива. На нём всё ещё был бальный камзол, только теперь запылённый, с порванной манжетой и тёмным пятном грязи у локтя. Для герцога Вальда это выглядело почти неприлично. Для человека, который всю ночь не прятался в кабинете, а бегал между флигелем, садом и старым домом смотрителя, — вполне честно.

Он остановился у порога мастерской.

Не вошёл сразу.

Элина заметила и это.

— Входите, — сказала она. — Дверь сегодня пропускает тех, кто пришёл с делом, а не с распоряжением.

— Значит, у меня есть шанс.

Ним тихо фыркнула.

— Шанс есть даже у третьего шкафа. Правда, он им пользуется лучше некоторых.

Рейнар посмотрел на куклу, но не стал отвечать. Он вошёл и положил на свободный стол плоскую шкатулку, завернутую в серое полотно.

— За статуей у старой прачечной нашли второй тайник. Оконница не ошиблась.

Элина почувствовала, как внутри всё стало тише.

— Катушка?

— Катушка, несколько вырезанных листов из старых архивных схем и это.

Он развернул полотно.

Шкатулка была небольшая, деревянная, без украшений, с простой застёжкой из потемневшей меди. Не дорогая вещь. Рабочая. На крышке едва виднелся выжженный знак: ладонь, игла и маленькое открытое окно. Элина потянулась к ней, но Ним резко подняла руку.

— Не сразу.

— Чёрная нить?

— Нет. Хуже. Забытая.

Элина медленно убрала руку.

— Объясни.

Ним подошла к шкатулке, склонилась над знаком и стала совсем серьёзной.

— Есть вещи, которые прячут от чужих. Есть вещи, которые закрывают от врагов. А есть вещи, которые заставляют забыть, чтобы даже тот, кто найдёт, не понял, что держит. Если открыть грубо, шкатулка покажет пустоту. Если открыть правильно, вернёт то, что внутри.

Рейнар посмотрел на неё.

— Как открыть правильно?

Ним перевела взгляд на Элину.