Книга Отвергнутая жена дракона. Мастерская живых кукол, страница 31 – Диана Фурсова

— К чему? — спросила Элина. — К дому?

— К управлению, — жёстко ответил Ливер.

— Значит, Вы признаёте, что жалобы людей имеют отношение к дому, но мешают управлению.

— Я признаю, что беспорядок опасен.

— Беспорядок уже был. Просто раньше его списывали на слабых.

Мира вдруг сделала шаг вперёд. Маленький, испуганный, но всё же шаг.

— Милорд, мальчишка с водой не брал свечи, — сказала она.

Рейнар перевёл на неё взгляд.

Мира почти потеряла всю смелость, но не отступила.

— Его наказали за это на прошлой неделе. А сегодня Чашка показала, где свечи были спрятаны. За мешками. И медные формы тоже. И записку с числами нашли. Я принесла список леди Элине, потому что это часть платы. Но я… я не выдумываю, милорд.

Элина очень надеялась, что у Миры хватит сил остановиться. Девушка и так сказала больше, чем безопасно. Но Рейнар слушал. Не перебивал. Не смотрел на неё как на пыль под сапогами. Это было мало, но даже это в доме Вальдов, кажется, уже считалось чудом.

— Где записка? — спросил он.

Мира растерялась.

— На кухне, милорд. Старшая кухарка спрятала её в ящик с расходными листами. Она сказала никому не говорить, пока не разберётся.

Ортан Ливер резко повернулся к ней.

— Ты должна была немедленно отнести её в управительскую.

— Почему? — спросила Элина. — Чтобы она исчезла так же удобно, как исчезали свечи?

— Леди Элина!

Рейнар повернул голову к управляющему.

— Достаточно.

На этот раз слово упало на Ливера.

И мастерская словно одобрительно замерла.

Элина не позволила себе улыбнуться. Рано. Один жест герцога ещё ничего не означал. Он мог приказать проверить кухню только потому, что не любил, когда его обманывают. Это не значило, что он поверил ей. И уж точно не значило, что он готов признать её право на мастерскую.

Рейнар подошёл к рабочему столу. Его взгляд остановился на медной крышечке.

— Что под ней?

— Улика.

— Покажите.

Элина не двинулась.

— Нет.

Ортан Ливер едва не задохнулся от возмущения.

— Вы отказываете герцогу Вальду в его собственном доме?

— Я отказываюсь открывать вещь, которая может навредить кукле или мастерской, пока не понимаю до конца, как она действует. Чёрная нить была завязана на лице хранительницы. Ним сказала, что её нельзя трогать без осторожности.

Рейнар медленно повторил:

— Ним?

Из-за стопки тканей послышался тихий деревянный стук. Элина мысленно попросила куклу сидеть на месте, но, конечно, Ним никого не спрашивала. Она вышла на край стола так гордо, будто была не маленькой куклой с недавно укреплённой щекой, а старшей распорядительницей древнего рода.

Мира вжала губы, чтобы не ахнуть. Ортан Ливер отшатнулся, и вот это было по-настоящему интересно: не просто испугался, а узнал.

Рейнар не отшатнулся.

Он смотрел на Ним долго. Очень долго.

— Я видел тебя, — сказал он наконец.

Ним склонила голову.

— В отличие от некоторых, у милорда Вальда память всё же не полностью заложена хозяйственными отчётами.

Элина закрыла глаза на долю секунды. Великолепно. Первая встреча с герцогом — и Ним уже оскорбляет его с достоинством потомственной экономки.

Но Рейнар, к удивлению, не разгневался. На его лице появилось странное выражение. Не мягкость, нет. Скорее трещина в привычной уверенности.

— В детстве, — произнёс он. — В комнате моей бабушки стояла похожая кукла. Я думал, мне показалось, что она двигалась.