Книга Главный герой становится Злодеем, страница 32 – Ли Лит

— Ничего не будет, — долетел довольный голос мальчишки.

— Само собой, — рассмеялась девчонка.

— Даже если и узнают, нас не накажут, — поддакивал второй мальчишка.

Хуа Линь обернулась. Радостная, довольная толпа как раз подходила к тропке. Побороть себя Хуа Линь не смогла.

— Наглость, — холодность собственного голоса удивила. Лицо не выдало ничего, кроме недовольства.

Толпа дружно повернула голову в её сторону.

— Это нам? — низкий паренёк лет тринадцати смерил высокомерным взглядом Хуа Линь.

— Что она возомнила? — выше на целую голову девчонка скривилась.

— Ты хоть знаешь, кто наши учителя? — выпятив грудь, высокий крепкий паренёк сделал шаг.

Хуа Линь приподняла уголки губ.

— И кто?

— Учитель Жэнь, — с наглостью и гордостью оповестил крепкий паренёк.

— А, это всё меняет, — качнула головой Хуа Линь и тихо рассмеялась. Что, что, а Жэнь Луня она не боялась. Не дорос он, чтобы строить себя рядом с той, чей возраст подбирался к сорока годам за обе прожитые жизни.

— Чокнутая, — из глубины раздалось девичье.

— Проявляй уважение к старшим, — потребовал первый мальчишка.

— К кому? — пуще рассмеялась Хуа Линь. — К вашему учителю Жэню? Или к вам?

Что делал простой образ без строгих, дорогих или подчёркивающих статус одеяний, без сложных причёсок с богатыми, особыми или бросающимися в глаза заколками? Но ведь простой бордово-чёрный ханьфу сильно выделялся среди бело-зелёных ученических. Сразу ведь понятно, что Хуа Линь не ученик. И так облажаться. Позор для Жэнь Луня. Плохо учит своих учеников. При удобном случае припомнить нужно.

— Мы ученики учителя Жэня, учителя Цзинь, учителя Цзя, ты обязана их и нас уважать! — высокий голос девчонки, выскочившей вперёд, резанул по слуху.

Хуа Линь изогнула брови. Это они должны были проявить к ней уважение, а ситуация обернулась иным местом.

— В мои обязанности не входит уважение бестолочей, — Хуа Линь заложила руки за спину, — и их неспособных научить банальному учителей.

— Как ты смеешь?!

— А ну иди сюда!

— Покажем, как уважать!

Хуа Линь лениво взмахнула рукой, и толпу невоспитанных учеников окружило облако пыли. Крики и ругань просачивались сквозь серость.

— Бестолочи, — взмахнула рукавами Хуа Линь и направилась в сад Синхуа.

Обязательно расскажет Син Юю о невоспитанных учениках старших. Набрали учеников и научить не в состоянии. Себя бы натаскали сперва перед тем, как других учить.

Тропа завиляла, первые яблони предстали перед Хуа Линь, когда та увидела тёмно-синие столбы забора. Они указывали границу дозволенного хождения. По бокам золотистой витой арки росли молоденькие вишни. Усыпанная белой плотной крошкой дорожка утопала среди деревьев. Весной — неописуемая красота. Конец лета Хуа Линь любила из-за поспевающих плодов. Сочные, ароматные.

Если во дворе Юньцзянь пусто, значит Хуа Линь пропадала в саду Синхуа. Каждый раз она готова была оставаться жить в саду.

Вывернув к беседке, где чаще всего находился Син Юй или его ученик, Хуа Линь сбилась с шага. Воодушевление сменилось испугом. Первая мысль: ураган прошёл. Следом бредовая мысль о сражении.

— Что случилось? — Хуа Линь посмотрела на вышедшего из-за поваленной груши ученика Син Юя.

Ли Гаошуан поклонился и бросил взгляд в сторону беседки, от которой остались лишь колоны и местами пробитые низкие соединяющие заборчики.