Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5, страница 109 – Сергей Изуграфов

— Так! Личная жизнь клиентов виллы нас не касается, Рыжая, — строго произнес Смолев. — Хватит язвить! Что это на тебя нашло с утра? Это не наше дело! И то, что он женат, к расследованию отношения не имеет. Хотя… Вещи уже отдали ему?

— Нет, ты же видишь, он без шарфа, — немного поостыв, пояснила Софья. — Если бы отдали, он бы наверняка его уже нацепил, чтобы покрасоваться перед дамой сердца! У меня в комнате лежат его вещи. Забрала с ресепшн, чтобы Катерина не увидела. Разговоров на вилле меньше будет про нашу блюстительницу высоких моральных устоев — пани Зосю… Хотя она такой заботы точно не стоит!

— Хорошо, занеси мне в кабинет, я сам ему отдам, — распорядился Смолев. — И чего ты к ней прицепилась?

— Ханжей и лицемеров не люблю, что учат всех вокруг как жить, дядя Саша, — с гримасой брезгливости на лице передернула плечами Рыжая. — А на самих, как правило, клейма ставить негде! А еще женатых мужиков, что в отпусках западают на «эффектных блондинок»! Тоже мне: оба — «любители высокого искусства»! Врут, что были на концерте, а сами дальше пятизвездочного отеля не уехали.

— Еще раз тебе говорю: это их личное дело! Нас это не касается! А с чего, кстати, ты решила, что он женат? — поинтересовался Смолев. — В файле на постояльца этой информации нет.

— А у него в бумажнике фото и жены, и троих детей, — мрачно процедила Софья. — Когда под расписку принимала у курьера вещи, то все пересчитывала: и деньги, и кредитные карты. Там фото на самом видном месте, рядом с правами на машину. И не захочешь — во всех деталях рассмотришь: милая такая женщина и три девчушки. Ох, и огрела бы я его на месте его жены… Боккеном да по причинному месту! А ты еще спрашиваешь, почему я таких не люблю!

— Таких никто не любит, — пробормотал Алекс, уже развернувшись и собираясь уходить. — А потом фото в бумажнике — это еще не доказательство. Он может быть в разводе, вдовец… Да мало ли? Не спеши с выводами, Рыжая. Все, я на ресепшн! Вещи Риккардо Висконти занеси мне в кабинет, пожалуйста, положи не стол, — повторил он задумчиво. — Я сам ему вручу. В каком-то смысле, им обоим даже повезло: это алиби… Многие вопросы отпали сами собой. Может быть, они оба не так плохи, как тебе кажется?

Софья только презрительно фыркнула в ответ и упрямо тряхнула копной рыжих волос.

И какая только муха ее укусила? — размышлял Смолев, уже спускаясь по лестнице с верхней террасы по направлению к стойке администратора.

Всегда такая спокойная и уравновешенная, а тут, действительно, как ужалил кто! С этими женщинами сроду не поймешь, что у них на уме. Уж Софью-то он знал больше пятнадцати лет, и то иногда терялся, не зная, как реагировать на подобные эмоциональные взбрыки, хоть и бывали они у нее крайне редко. Что-то не так на душе, видимо, или чем-то расстроена, или просто устала, думал он: слишком много всего навалилось за последние сутки. Эмоции, эмоции… Впереди еще столько работы, он не имеет права на них поддаваться.

Но прежде, чем вернуться в кабинет, ему необходимо побеседовать с консьержем.

— Здравствуй, Катюш, — мягко произнес Смолев, подходя к ресепшн, где сидела молодая гречанка с грустным выражением на смуглом лице. — Сиди, сиди, не вставай! — махнул он рукой, увидев, что девушка собирается подняться. — Я лучше сам сяду, посижу тут с тобой. Не возражаешь?