Книга Хроники Ведомства наказаний, страница 112 – Тай Хоу

Дело об утопленнице тоже вызывало любопытство. Яо Линь, будучи человеком, привыкшим обращать внимание на детали, уже чувствовал, что за этой историей скрывается нечто большее. Он и в обычный день все равно не прошел бы мимо, но на этот раз дело осложнялось участием Юнь Шэнли.

Яо Линь скрестил руки на груди, так и не повернувшись лицом к собеседнику.

— Если я соглашусь работать с тобой, ты оставишь меня в покое? – спросил хозяин постоялого двора с ноткой раздражения, будто пытаясь выяснить, стоит ли вообще в это ввязываться.

Юнь Шэнли, который до этого момента выглядел так, будто готов был уговаривать Яо Линя часами, позволил себе легкую улыбку. В его взгляде мелькнуло облегчение, словно он наконец-то добился нужного результата:

— Разумеется! Ну, если ты, конечно, не будешь создавать мне новые причины тебя беспокоить.

Так как самая сложная задача – уговорить Яо Линя пойти на это дело – была выполнена, теперь перед главой Ведомства наказаний встал следующий по трудности вопрос: как же замаскировать мужчину так, чтобы никто не смог раскрыть их обмана?

Весь состав Ведомства пустился на поиски мастера, который мог бы преобразить владельца постоялого двора до такой степени, чтобы ни одна хозяйка борделя, ни один искушенный завсегдатай таких мест не смог усомниться в том, что перед ними – девушка.

Так как Яо Линь согласился на сомнительное дело, он решил остаться в Ведомстве наказаний, чтобы быть в курсе планов, касающихся его персоны. Но чем дольше он находился здесь, тем меньше ему нравилось то, что задумывали чиновники.

Хозяин постоялого двора и глава Ведомства наказаний сидели друг напротив друга, что само по себе выглядело необычно. Они молчали – довольно редкое явление, тем более что речь шла о людях, которые при каждом удобном случае находили повод поспорить. Но сейчас юноши не ругались, не кричали, а сидели и прожигали друг друга взглядом.

Юнь Шэнли, устроившись поудобнее за массивным столом, лениво потер подбородок. Его глаза внимательно изучали лицо Яо Линя, но тот, словно устав от этой игры в гляделки, отвел взгляд куда-то в сторону.

— Как тебе мое Ведомство? – неожиданно заговорил Юнь Шэнли, опершись подбородком на руку.

Яо Линь медленно повернул голову, глядя на собеседника с холодным прищуром:

— Не очень. Постоянно вспоминаю темные стены ваших тюремных камер.

В его голосе звучало презрение, которое Юнь Шэнли словно бы не заметил. Он лениво вытянул ноги и, ухмыльнувшись, ответил:

— Зачем вспоминать прошлое? Нужно думать о будущем. О будущих наших с тобой совместных делах. – На этих словах Яо Линь поморщился от досады. – Продолжим спорить – не уживемся.

— Значит, кто-то из нас должен уступить, не так ли? – Яо Линь произнес это как факт, который никто не смел оспорить.

Ответ Юнь Шэнли прервал громкий стук в дверь, и в кабинет вошли раздосадованные Сунь Юань и Чжи Хань.

— Глава Юнь, мы не смогли найти никого, кто мог бы помочь, – с порога начал Чжи Хань. – Даже простые барышни не захотели с нами работать.

— Конечно! Вспомни, что ты им говорил?! – упрекнул его Сунь Юань.

Юнь Шэнли нахмурился, начиная догадываться о том, что произошло, и его взгляд стал тяжелым.

— Что ты им говорил, Чжи Хань?

Сунь Юань бросил укоризненный взгляд на Чжи Ханя и подбежал к Юнь Шэнли, чтобы пожаловаться: