Книга Проклятие Золотого города, страница 120 – Тай Хоу

Юнь Шэнли сделал еще один глоток вина и спросил:

— Неужели ради одной только женщины двое мужчин чуть не потеряли свое положение в обществе и разрушили многолетнюю дружбу?

Яо Линь наклонился ближе, и взгляд его зеленых глаз, похожих на два ярких камня, остановился на лице Юнь Шэнли.

— Если ты так говоришь, то явно не знаешь, что такое женское очарование. Когда от одного ее движения заходится сердце, пересыхает в горле, все плывет перед глазами, и ты уже готов предать не только дружбу, но и страну. Женщины – существа слабые, но именно они способны управлять теми, кто управляет всем.

Юнь Шэнли никогда не понимал этого раньше. Он не ощущал этого сам и не думал о чувствах других. Женщины всегда были для него просто милыми нежными существами, которые, казалось, не могли ничего сделать, потому что часто им просто не давали проявить себя. Но, вспомнив про девушек из борделя, он начал соглашаться со словами Яо Линя. Одна лишь слабенькая Ган Чи смогла разворошить столицу, словно осиный улей, а госпожа Иньхань до сих пор вселяла в него страх. Это все заставило его начать… смотреть на мир чуть по-другому?

Теперь, глядя на Яо Линя, он чувствовал его эмоции и переживания лучше, чем когда-либо. И ему захотелось того хоть как-то утешить.

— Когда разделишь свою боль с другим человеком, может стать легче. Эту мысль все время вбивал мне Лэйчэн, жалуясь на свою жизнь. Я не слушал его, прятал все в себе. Наверное, это слишком самонадеянно, но… если ты расскажешь мне все… это покажет, что ты мне доверяешь. Я тебе доверяю. Честное слово.

Яо Линь сделал глоток вина и рукавом вытер рот, после чего внимательно взглянул на Юнь Шэнли, голосом выделяя каждое слово:

— Не хочу.

Юнь Шэнли словно окатили холодной водой. Ему отказали. На самом деле, он и не рассчитывал на доверительное отношение со стороны Яо Линя, но…

— Хочешь продолжать играть во врагов? Хорошо, как тебе угодно. Только помни, что мое терпение не бесконечное.

— А ты? Наигрался? – спросил Яо Линь, будто бросая ему вызов. Он все еще считал, что Юнь Шэнли видит в нем очередную игрушку, которая забавно сопротивляется и смешно открывает рот. Он уже сталкивался с подобным. Знал, чем это заканчивается.

— Нет! Ты один стал тем, кто действительно понял меня. Прочитал с первого взгляда. И первый, кто смог указать мне на мои ошибки, – ответил Юнь Шэнли, почему-то с благодарностью глядя на собеседника. Их споры и пререкания подтолкнули его к определенным мыслям о том, как он себя ведет и что делает. О том, что многие его поступки были неправильными. – Наверное, для этого и нужны такие люди. Они помогают преодолеть наши трудности и в нужные моменты укажут нам на недостатки. А мы с тобой сразу заметили друг друга. Возможно, наши судьбы были связаны с самого начала?

Связаны?

Эти слова прозвучали неожиданно. Яо Линю была непривычна забота, и уж тем более он не понимал до конца такое чувство, как привязанность. Он даже не мог представить, как кто-то может произносить в его адрес такие слова. Он был сам по себе и привык не разделять свою боль с кем-то, кроме Дагэ. Чужаки ему не нужны.

Но Юнь Шэнли явно хотел получить от него что-то равноценное. А если подобное произойдет, Юнь Шэнли, узнав его истинное «я», разочаруется. Потому что его душа грязная, она пропитана ядом насквозь, и эта отрава разъедает его все сильнее. Как он мог разделить свою боль с тем, кто когда-то стал ее причиной?