Книга Неугодная невеста Дракона, или Тайна леди Дойл, страница 156 – Мари Александер

Казалось, что это длилось бесконечно. Повязка моя давно стала мокрой от слёз, уши заложило, от собственных рыданий и криков, которые так никто и не услышал. Это была пытка. Она рождала внутри меня страх, что, то же самое ждёт и меня. Потому как я не поверила тому, что женщина позволит мне выйти из этого подземелья живой.

Получалось, что спустившись в это подземелье одна, я не только не Бонни лишила шанса на спасение, но и себе подписала смертный приговор.

Мой мозг не выдержал такой нагрузки и решил перезагрузиться.

Сознание покинуло меня, и я была благодарна этому.

Придя в себя через какое-то время, я поняла, что нахожусь всё там же. Металлические обручи на руках и ногах, кожаный ремень на шеи и каменное ложе подо мной. Всё было так же. Но голова не болела, и всё тело было, как ватное и я даже не пыталась, что-то сделать. Пальцы на руках и ногах были на месте, и это уже было хорошо.

А ещё меня обрадовала тишина. Гробовая тишина.

Это означало, что истязание Бонни закончились, когда я была без сознания. Наверняка бедная девушка сейчас лежала в своей каменной темнице.

Мне было страшно предположить, что такие истязания повторялись каждый день. Это было хуже смерти. Я же до последнего надеялась, что её похитители не причиняют ей боль. А оказалось, что всё намного ужаснее.

Теперь вспоминая те сухие слова в медицинских отчетах, с описанием ран бедных девушек, я уже не могла, как прежде, спокойно это пропускать через своё сознание.

Это было ужасно! Чудовищно! Кто бы ни был тот зверь, о котором говорили мужчина и женщина. Но худшими монстрами были они сами. Ведь получалось, что это они скармливали ему этих несчастных девушек.

Мысли мои заметались, пытаясь собрать воедино всё, что я узнала из разговора этих двоих. Мозг пытался обработать полученную информацию: женщина назвала его «мужем», а он этого не отрицал.

Они муж и жена!

Это лишь ещё сильнее запутало меня. Хотя ответы и были на поверхности, я всё же не хотела верить, что мужчина ‒ это мой дракон, Артур Хилс-Ррок.

Но лишь это объясняло гнев женщины, когда она узнала, что муж не сказал ей, что я и есть третья дочь барона Монтигрин, бывшая невеста третьего сына сэра Эдварда Хилс-Ррок.

Но в моей голове они никак не становились вместе.

Дракон Хилс-Ррок и она…?

Нет, это невозможно!

Ведь я уже знала, кто она, та женщина, что так хладнокровно приставила лезвие кинжала к моей шее, а после этого проявила подобие заботы о бедняжке Бонни.

Мне всё ещё не верилось, что желание заполучить Хилс-Ррок могло толкнуть юную леди на такие преступления, на предательство и убийство.

А ведь я с первого дня знакомства записала её в список подозреваемых. Но потом решила, что я ошиблась. Видимо я ещё не настолько разочаровалась в людях и просто до последнего момента не желала в это верить.

А Артур?

Я всё пыталась просчитать и сопоставить факты и события.

И всё же что-то не сходилось.

В Берлингтонском Пассаже, её ведь реально хотели похитить?

Или же это был спектакль?

Но для кого? Для меня или кого-то ещё?

А тот, кто была заперт там ‒ это тот же зверь, который заперт сейчас в одной из соседних камер?

Дом Желаний мадам Паскаль?

Может Артур туда вообще не за мной в тот день приходил?

Ведь мужчина сказал, что… оттуда никто ещё не сбегал!