Книга Зеленоглазое проклятие, или Тьма ее побери!, страница 84 – Елена Княжина

— Если его природный дар так велик, как рассказывал Мюблиум, то Даннтиэль тратит свой талант впустую, протирая штаны при дворе, – разоткровенничался вдруг Райс. – Он мог бы решать куда более важные вопросы. Помогать сотням, тысячам. А не ежедневно настраивать защиту двора от проклятий и еженощно поправлять юбки на ее величестве…

— Дались вам ее юбки! – вспыхнула, размазываясь взглядом по черному потолку. – Так ворчите, будто лично с ними знакомы.

— О, мы знакомы.

— С юбками?

— С ее величеством, – нахмурился Райс. – Меня приглашали на ту же должность немногим раньше, чем Рэдхэйвена.

— Поправлять юбки? – Поперхнулась слюной и отчаянно закашлялась. Райс зашатался сильнее, и мы притормозили у левой стены.

Я по-новому, оценивающе проехалась по породистому носу. Если бы не вызывающе резкие черты лица, словно природа совсем не напрягалась, вытачивая суровый профиль… Да, он был бы вполне ничего. Может, не каноническим красавцем, но точно источающим харизму, энергетику и какую-то мрачную, суровую притягательность.

— Защищать двор, – поправил строго. – Но я отказался. Если все талантливые мастера темных искусств будут протирать штаны на бархатных диванах и валяться на шелковых простынях, то некому будет латать дыры в материи под Аквелуком.

— Так вы благородны…

Фальшивые бабочки внутри издали одновременный «Ах!».

— Не люблю людей. – Райс торопливо убил их мечтательный настрой. – А при дворе их толпа.

— Так вы просто сбежали от общения?

— Рэдхэйвен тоже сбежал, когда согласился работать при дворе, – задумчиво произнес мужчина. – Просто он прятался от других проблем. Убить дар и закопать талант – всегда легче, чем примириться с тем, что ты можешь больше других. И это какая-никакая ответственность.

— Непохож он на беглеца, – протянула с недоверием.

Столичный сноб явно дорожит своей жизнью. И наверняка стремится поскорее в нее вернуться.

— Все мы ищем где комфортнее. Где нас меньше достает… наше прошлое, – философски заметил Райс. – Все от чего-то бегут, мисс Ламберт. Я, вы… И даже та новая рыжая ассистентка Граймса – тоже от чего-то бежит, по глазам видно.

«Эйфория», растекавшаяся по телу, не давала всерьез задуматься над его словами. Бабочки сменяли один бодрый танец на другой, разгоняя радость по венам. Хотелось улыбаться чудесному вечеру и щекотным мыслям о черноглазом королевском мастере, а не вот это все.

— А вы когда успели изучить высшие приемы работы с темной стороной? Этих книг нет в свободном доступе, – нахмурился вдруг Райс, пока сердечко внутри подпрыгивало взволнованной крикеткой. Того и гляди с кем-нибудь обниматься полезу. – И те чары, что вы применяли на полигоне…

— Не применяла!

— Я свой первый раз тоже смутно помню, мисс Ламберт, – признался Райс. – Но это потому, что заранее обезболил себя до полной потери чувств.

— Разумно, – задумчиво закивала и осеклась. – Ой, нет… не разумно! И давайте не будем про ваш первый раз? Мне, право слово, неловко. А куда мы идем?

— В диагностическое, – пожал плечами маг, вызвав во мне очередной приступ тошноты. – Граймс по вам соскучился.

— Там только Граймс? – протянула с опаской, вспомнив предыдущее шоу с кучей безбилетников.

— Не только. Ваши выкрутасы не остались незамеченными, мисс Ламберт, – хмыкнул Райс, толкая ногой дверь в отделение. – Из этого крыла, знаете ли, отличный вид на полигон.