Книга Месть. Холодное блюдо любви, страница 26 – Екатерина Мордвинцева

Ничего.

Страницы о башне были вырваны.

Кто-то — Николас? Его отец? Моргана Бейвуд собственной рукой? — удалил всё, что могло бы мне помочь.

Я закрыла книгу и посмотрела на за окно.

Солнце садилось.

Небо над лесом полыхало багрянцем, как будто сам мир горел.

Скоро наступит ночь.

Скоро вступят в силу правила.

Скоро Николас придёт спать на диване в моей гостиной.

Я встала с кресла, подошла к гардеробу и достала тёплый плащ. Тёмно-синий, почти чёрный — идеальный для того, чтобы сливаться с тенями.

— Что вы делаете, ваша милость?

Я обернулась.

В дверях стояла девушка — та самая горничная, которую мне выделили по прибытии. Её звали Элли. Ей было лет шестнадцать, она была бледной, пугливой и смотрела на меня как на привидение.

— Гулять, Элли, — сказала я. — Сейчас закат. Лучшее время для прогулок.

— Но ваша милость, — девушка побледнела ещё сильнее, что казалось невозможным, — граф велел…

— Я знаю, что велел граф. Я также знаю, что я его жена, а не его пленница. Если я хочу гулять, я буду гулять.

— Он убьёт меня, если с вами что-то случится, — прошептала Элли.

Я посмотрела на неё.

Испуганная девочка. Запуганная проклятием, правилами, самим именем графа Бейвуда.

— Со мной ничего не случится, — сказала я мягко. — Иди спать, Элли. И никому не говори, что видела меня в плаще.

Горничная колебалась.

— Ваша милость…

— Элли, — я взяла её за плечи и посмотрела прямо в глаза. — Я даю вам слово Файервид. С вами ничего не случится. А если граф рассердится — я скажу, что приказала вам молчать. И он не посмеет тронуть вас, потому что я его жена и моё слово в этом доме имеет вес.

Она не поверила.

Я видела это по её глазам.

Но она кивнула и вышла, плотно притворив дверь.

Я осталась одна.

Передо мной была дверь в коридор. За ней — три правила, которые я собиралась нарушить.

Все сразу.

Ночь опустилась на замок Бейвуд, как чёрное покрывало.

Я выскользнула из своих покоев через чёрный ход — маленькую дверь для слуг, которую Элли показала мне в первый же день («На случай пожара, ваша милость, или если вам нужно будет быстро выйти, чтобы не встретиться с графом»). Коридор за дверью был узким, тёмным и пах плесенью.

Я шла медленно, стараясь не шуметь.

В одной руке я несла маленький фонарь — магический, с вечным огнём внутри (это я умела делать лучше всего — зажигать огонь, который не гаснет, пока его обладатель жив). В другой — кинжал, который я вытащила из потайного кармана платья.

Кинжал был тонким, остро отточенным, с рукоятью из кости дракона (так говорил отец, но я не была уверена — кости дракона стоили целое состояние, а отец был скуповат). Он не был магическим оружием, но он мог резать плоть, а в Бейвуде это было главным.

Нижний этаж замка спал.

Слуги разошлись по своим комнатам. Стража замерла на постах — я видела их тени у ворот и на стенах, но они смотрели наружу, на лес, а не внутрь, на замок. Никто не ждал нападения изнутри. Никто не ждал, что графиня Бейвуд в первую же неделю своего заточения отправится на разведку в запретную башню.

Я усмехнулась своим мыслям.

— Дураки, — прошептала я.

Но дураками были они или я, покажет будущее.

Восточная башня находилась в дальнем конце замка, за кухнями и кладовыми.

Я нашла её по запаху.

Он был странным — не гниль, не плесень, не старость. Что-то сладковатое, приторное, похожее на запах мёда, который начал бродить. И под этой сладостью — что-то металлическое, острое, как запах крови, пролитой на морозе.