Книга Срочно требуется помощница. Любовь не предлагать, страница 56 – Екатерина Мордвинцева

Но где-то за строками этого мысленного отчёта теплилось другое чувство, не поддающееся классификации. Ощущение, что в этом безумном мире с двумя лунами я наконец-то нашла не просто работу, а… своё место. И, возможно, человека, который это место понимал.

Наблюдение — ключ к анализу. А наблюдая за Лео во время наших «синих часов», я заметила устойчивую закономерность. Среди всех учебных материалов — магических карт, мерцающих глобусов, меняющих цвет чернил — его взгляд и руки неизменно тянулись к простым вещам. К геометрическим фигурам, которые я использовала для объяснения базовых понятий порядка. Деревянный кубик, шар, пирамида. Он мог подолгу вертеть их в пальцах, ощущая гладкость граней, безупречность линий. В них не было магии. В них была идея. Чистая, завершённая, подчиняющаяся ясным законам.

Это было ключевым открытием. Его дар — нечто хаотичное, пугающее, нарушающее законы физики. А эти фигуры — воплощённый порядок, предсказуемость, логика. Они были его антитезой. И, возможно, поэтому — его спасением.

Я не стала заказывать набор у магических резчиков, которые наверняка встроили бы в него кучу стабилизирующих и развивающих чар. Я отыскала в Энвилл-тауне старого столяра, мастера по немагической мебели. Объяснила ему, что нужно: кубики, шары, пирамиды, цилиндры. Разных размеров, но чтобы все были из одной породы дерева, идеально отшлифованы, без сучков, чтобы грани были безупречны, а формы — геометрически точны. Он посмотрел на меня как на чудачку, но за хорошую плату сделал.

Я принесла набор в особняк в простом холщовом мешке. Во время занятия высыпала фигуры на большой низкий стол перед Лео. Они легли с тихим, твёрдым стуком. Ничего не засветилось, не задвигалось, не зазвучало. Просто дерево, теплое на ощупь, пахнущее лесом и лаковой отделкой.

Лео замер, уставившись. Потом медленно, с благоговением, протянул руку и взял кубик. Перевернул его. Поставил. Положил на него пирамиду. Шар покатился по столу, и он поймал его, прижал к щеке.

— Они… одинаковые, — прошептал он, имея в виду, вероятно, идентичность кубиков в наборе.

— Да, — кивнула я. — Потому что так правильно. Потому что это система.

Мы провели весь «синий час», просто строя. Не замки, не фантастические сооружения. Башни из кубиков. Пирамиды из пирамид. Дорожки из цилиндров. Мир, который можно было разобрать и собрать заново с тем же результатом. Абсолютный, тактильный, управляемый порядок. Лео не сказал ни слова, но его сосредоточенное, спокойное лицо было красноречивее любых восторгов.

Именно в этот момент в дверях появился Вальтер. Он зашёл без предупреждения, как часто делал в последнее время, чтобы незаметно понаблюдать. Он увидел сына, сидящего в луже лунного света, увлечённо выстраивающего идеальный ряд из деревянных шаров. Увидел простые, немагичные фигуры. Увидел выражение безмятежной концентрации на лице ребёнка, который обычно носил маску вечной настороженности.

Он застыл. Его острый взгляд скользнул с фигур на меня, потом снова на Лео. Я видела, как работает его ум: оценка, анализ, поиск подвоха, магической составляющей. И не находит ничего. Только дерево и геометрию.

— Что это? — тихо спросил он.

— Учебные материалы, — так же тихо ответила я. — Чтобы ощутить порядок не в абстракции, а в объёме и весе. Чтобы понять, что мир может быть предсказуемым до мельчайшей детали.