Книга Срочно требуется помощница. Любовь не предлагать, страница 35 – Екатерина Мордвинцева

Особняк фон Адлеров походил не на дом, а на крепость. Мрачный, из тёмного камня, с остроконечными шпилями и витражами, изображавшими не цветы, а сложные магические символы. Воздух вокруг него был тихим, приглушённым, будто даже звуки боялись нарушить установленный здесь порядок. Меня провёл через ряд мраморных залов немолодой слуга с лицом, вырезанным из дерева. Всюду царила стерильная чистота, но не уют. Это было пространство, подчинённое функции и защите.

Кабинет графа оказался таким, каким я его и представляла: огромный стол из чёрного дерева, полки до потолка с безупречно расставленными фолиантами, глобусы не с материками, а с наложенными магическими слоями реальности. И сам он, за этим столом, ожидал меня. На лице — маска холодной деловитости. Контракт лежал перед ним, уже с моими вчерашними правками на полях.

Я села на предложенный стул, не опуская взгляд. Сумка с моими бумагами лежала у ног.

— Вы внесли коррективы, — начал он, не глядя на текст. — Я их рассмотрел. Согласен на еженедельное согласование методов вместо прямых инструкций. Это разумно. Остальное остается без изменений. Подписывайте.

Он протянул мне перо.

Я не взяла его.

— Есть дополнительные условия с моей стороны, — сказала я ровно. — Без них работа будет неэффективна. Я подготовила дополнение к контракту.

Я достала из сумки свой лист, исписанный чёткими пунктами, и положила его поверх его экземпляра.

Он взглянул. Его брови, обычно неподвижные, поползли вверх. Он прочёл первый пункт, и его лицо исказила гримаса, которую я не могла классифицировать — нечто среднее между недоверием и возмущением.

— Вы… вы с ума сошли? — произнёс он тихо, но с такой плотной концентрацией гнева, что слова прозвучали опаснее крика.

— Это необходимые меры, — парировала я. — Основанные на наблюдениях.

— Давайте по порядку, — он откинулся в кресло, скрестив руки, и его взгляд стал оценивающим, как у хищника, решающего, с какой стороны напасть. — «Пункт первый: Сокращение количества подавляющих амулетов и артефактов на субъекте Лео на 50 % в течение первой недели». Объясните. Это прямое нарушение системы безопасности, которую я выстраивал годами.

— Эта система дисфункциональна, — заявила я без колебаний. — Она не предотвращает инциденты, как мы видели. Она их провоцирует. Каждый амулет — это постоянный, физический сигнал телу и психике: «Ты опасен. Твой дар — угроза. Тебя нужно сдерживать». Это создаёт хронический стресс, который, по моим наблюдениям, является фоном для срабатывания триггеров. Лео боится не только внешнего мира. Он боится самого себя. И эти украшения — материальное воплощение этого страха. Они не щит. Они клетка, которая давит. Мы снимем половину. Начнём с тех, что вызывают наибольший физический дискомфорт или имеют наиболее грубые эффекты подавления. Мы заменим их не на пустоту, а на иные механизмы контроля. Например, на чёткий режим дня.

Я указала на второй пункт.

— «Пункт второй: Внедрение строгого, визуализированного режима дня для Лео, составленного мной с учётом его биоритмов и психологических особенностей». Предсказуемость снижает тревожность. Если ребёнок знает, что за завтраком последует прогулка, а за ней — спокойное занятие, его мир перестаёт быть хаотичным и угрожающим. Вместо того чтобы гасить последствия телепортации, мы устраним одну из её главных причин — фоновую неопределённость.