Книга Срочно требуется помощница. Любовь не предлагать, страница 18 – Екатерина Мордвинцева

Он молчал несколько секунд. Казалось, он переводил мои слова на некий внутренний, ему одному понятный язык бюрократического цинизма.

— Интересная позиция, — наконец произнёс он, и в его голосе впервые появился оттенок чего-то, кроме льда. Не уважения. Скорее, диагностического интереса, как у учёного, нашедшего новый, странный штамм бактерий. — «Факты, даты, меры». Вы пытаетесь надеть смирительную рубашку протокола на стихию.

— Я пытаюсь навести порядок, — поправила я просто. — Порядок позволяет предсказывать, контролировать и, как следствие, обеспечивать безопасность. В том числе и безопасность детей. — Мой взгляд непроизвольно скользнул к Лео, который испуганно смотрел на наш словесный поединок, зарывшись пальцами в ткань отцовского сюртука.

Вальтер фон Адлер следил за направлением моего взгляда. Его лицо, казалось, стало ещё холоднее. Он резко повернулся к Ульяне.

— Моё предварительное заключение: учреждение имеет системные проблемы с соблюдением норм. Окончательный вывод будет сделан после изучения предоставленных документов. Ожидайте официального запроса с подробными замечаниями. Лео, идём.

Он не попрощался. Просто развернулся и пошёл к выходу, его мантия развевалась за ним как холодная тень. Маленький Лео, бросив на нас последний испуганный взгляд, поспешил за ним.

Дверь закрылась. Давление в зале, физическое и магическое, сразу спало. Лера выдохнула:

— Боги, какой кошмар… Он же нас в клочья порвёт!

Ульяна подошла ко мне, положила руку на плечо.

— Алиса… Ты только что спорила с графом фон Адлером. С его ледяным высочеством. И… выстояла.

Я смотрела на закрытую дверь. Руки у меня слегка дрожали от выброса адреналина, но внутри было странное, почти ликующее чувство. Это была первая битва. И я не отступила.

— Он будет придираться к каждому пункту, — сказала я, возвращаясь к столу и поправляя слегка сдвинутую папку. — Его официальный запрос будет объёмным и детальным. Нам нужно быть готовыми.

— У нас есть неделя? — спросила Лера с надеждой.

— У нас есть до того момента, пока его гонец не появится на пороге, — поправила я. — Но теперь мы знаем, с кем имеем дело. Перфекционист. Педант. Прагматик. С ним можно работать. Нужно только говорить на его языке. Точнее, на языке безупречных фактов.

Я открыла папку с финансовыми отчётами, взяла перо.

«Пункт 1: Первичный контакт с инспектором (граф В. фон Адлер) состоялся. Характеристики: высокий профессионализм, агрессивная методика проверки, акцент на формальном соблюдении норм. Пункт 2: Выявлены ключевые зоны риска с его точки зрения: защитные контуры, хранение, вентиляция. Пункт 3: Приступить к подготовке превентивных ответов по каждому пункту возможных замечаний».

Перо скрипело по бумаге, выводя ровные строчки. Внешний мир с его двумя лунами, магией и высокомерными аристократами отступал, растворяясь в чёткой геометрии плана. У страха, оказывается, было одно слабое место — его можно было разобрать по пунктам, проанализировать и подготовить контрмеры.

И я уже начала это делать.

После визита ледяного призрака в мантии в Студии воцарилась гнетущая тишина. Дети вернулись, но даже их энергия казалась приглушённой. Лера ходила, словно по минному полю, вздрагивая от каждого шороха. Алекс заперся в мастерской, что-то яростно паял или склеивал — вероятно, пытаясь магически усилить защитные контуры на окнах.