Книга Как вылететь с отбора и не влюбиться, страница 37 – Эва Морей

Он повторяет мой жест — его ладонь в сантиметре от моей. Он опять не прикасается ко мне, но я чувствую, как мне мучительно хочется, наконец почувствовать тепло его руки. Кровь начинает шуметь в ушах. Я все еще смотрю в его глаза и делаю шаг вперед, он движется мне навстречу. Ещё движение — и его пальцы, возможно, легли бы мне на талию.

Кайрен наклоняется чуть ближе, чем прилично. Хотя о каких приличиях может идти речь, когда мы пляшем под барабанные ритмы у открытого огня. Я уже не понимаю: танцуем ли мы до сих пор или это уже что-то более интимное и менее публичное. Наши лбы почти касаются. Если сейчас сделать ещё один шаг — всё изменится. Я не знаю, кто из нас двинется первым.

И именно в этот момент раздаётся звонкий смех.

— Какая страсть, — тянет знакомый голос.

Сюзанна влетает в круг легко и уверенно, словно это всегда было её местом. Она смеётся громче остальных. Перехватывает его руку — ту самую, что зависла между нами. Пальцы скользят по его запястью.

— Кайрен, — говорит она нарочито игриво, — не знала, что ты знаток подобных танцев! Научи меня тоже!

Она становится между нами. И он переводит взгляд на нее. Кайрен позволяет её ладони лежать на своей. Позволяет ей втянуть себя в движение. Я рефлекторно отхожу на шаг назад, буквально проваливаясь за границы круга танцующих.

Музыка снова набирает силу. Звуки снова становятся громкими и режут по ушам, кто-то смеется, кто-то подбадривающе кричит. Передо мной спины гостей, меня никто не замечает. Делаю глубокий вдох и чувствую, как дрожат пальцы. Да что не так с этим герцогом! Что вообще не так со мной!

Отхожу к опустевшим столам и сажусь на один из стульев, продолжая наблюдать за безудержным весельем со стороны. Герцог еще немного танцует с Сюзаной и затем отходит в круг. Я понимаю, что все правильно. Кайрен и Сюзана — разумный исход этого отбора. Высокомерной девушке пусть достается ледяной красавчик, а мне пожалуйста спокойную и беззаботную жизнь неприлично богатой одинокой дамы. А вот чего я не понимаю, так это почему мне так горько смотреть на них сейчас. Почему я чувствую, как слезы подступают к горлу.

Я сглатываю, пытаясь успокоить себя. Сжимаю руки в кулаки. Напоминаю себе свой план — вылететь с отбора, наслаждаться своей чудесной фантазией о жизни богатой бездельницы. Столько, сколько успею. Все. Никаких заморочек с герцогом, никаких обязанностей герцогини и всех этих сложностей.

Дальше вечер сжимается в череду вспышек. Южные и восточные уже танцуют вместе. Искра и ветер больше не спорят — они переплетаются. Кто-то из южан хлопает восточного по плечу. Смех становится общим. Кто-то поднимает кубок за «новое начало». Кто-то спорит о чём-то уже без злости.

Напряжение, ещё недавно звеневшее в воздухе, растворяется. Политически — это победа. Но я понимаю, что это чистое везение. Не будь правильного антуража, созданного Иарой, моя речь бы не помогла. Оставшийся вечер, я стою чуть в стороне, просто дожидаясь, когда уже все закончится.

— Ты видела? — рядом оказывается Иара, сияющая и растрёпанная. — Они не дерутся!

Я киваю.

— Ты это сделала, Мариэт. Если бы не тот стол… — она хлопает меня по спине и хохочет, но потом намного тише добавляет — И Тирен… как же он хорош!

Я рассеянно киваю.

— Но я видела вы с герцогом тоже — она хмыкает. — сошлись в диком танце.