Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 197 – Мари Ларина

— Ну… раз за счёт государства… — протянул он, потирая ладони и кивая на завалы полок. — Смотрите, что хотите… Только аккуратнее там с полкой возле стены… Она того… на честном слове держится…

Я переглянулась с Ирисом, стараясь не выдать ни капли напряжения. Пора было искать. Время капало, как дождевые капли за окном — ровно, неумолимо. Максимум — полчаса. И, твою мать, нам надо было реально провести инвентаризацию, чтобы не выдать себя, чтобы не вызывать подозрений.

Не вызывать подозрений⁈ Инвентаризация от государства — разве это априори не кричит «ПОДОЗРИТЕЛЬНО»⁈

Ладно, торговец поверил, а это уже замечательно. Пришли мы сюда, разумеется, с целью узнать, какие книги существовали в лавке. Узнать, каких книг не хватает, и что за книга была на той проклятой полке, о которой торговец ничего не помнит. Ирис взглядом кивнул мне на полку у окна. Там.

Но направляться сразу туда было бы подозрительно, а мы должны избегать всего, что вызывает подозрения, поэтому — я властным голосом попросила у торговца журнал учёта, а его самого попросила удалиться, чтобы не мешать процессу. Я уселась за стол, аккуратно разложив журнал учёта, и достала карандаш. Страницы пахли пылью, плесенью и старой лавкой — этот запах въедался под ногти, как будто сама бумага дышала сквозняками. Торговец с сомнением закатил глаза, но, увидев ледяное выражение моего лица и то, как Ирис невозмутимо поправил китель, даже не рискнул пререкаться. С глухим ворчанием он вытащил из-под прилавка ещё один, видимо, завершённый, пухлый, потрёпанный, журнал учёта, заваленный уголками закладок и старыми чернильными пятнами.

— Вот, вот… Только аккуратно, у меня там многолетние записи… — пробормотал он и, бормоча под нос, удалился вглубь лавки, за занавеску, скрывающую подсобку.

Я разложила журналы на старом, покоцанном столе. Страницы шуршали, пахли плесенью и пылью, чернила местами потекли от влажности. Записи были сделаны неровным, дрожащим почерком, местами прерывались, где-то были явные исправления и зачёркивания — как и полагается лавке подобного пошива, скажем так. Последняя инвентаризация — месяц назад. Отлично.

— Начнём. — Я кивнула Ирису. Он, не теряя времени, уже пошёл к стойке у окна, где под мутным стеклом покачивались серебряные подвески и обугленные куски кварца.

— Амулеты из лунного сплава… на стойке. — я проговорила вслух, водя пальцем по записям. — По журналу — пятнадцать.

— Считаю… — отозвался Ирис, перебирая витрину. Звон металла, лёгкий стук. — Пятнадцать. Сходится. — я быстро делала отметку, перелистывая к следующей позиции.

— Сухие корни мирры, мешочки по сто грамм. На стойке. Число — двенадцать.

Пока я сверяла записи, Ирис методично пересчитывал банки, шуршал тканью, постукивал стёклами. Всё, как положено. Мы здесь не просто играли роль — нам действительно приходилось вникать в этот хаос.

— Двенадцать, — снова подтвердил он.

Пункты шли один за другим. Камни, мешочки с рунами, старые карты. Пыль щекотала нос, я то и дело проводила рукой по лицу, стараясь сохранить невозмутимость. Время шло.

Когда дошли до раздела книг, я сглотнула — тут началось самое важное.

— «Свет меж двух лун»… один экземпляр. На полке у окна. Есть?

Ирис кивнул на верхнюю полку. Я встала, подошла, проверила — всё совпадает.