Книга Хозяйка пряничной лавки 2, страница 71 – Наталья Шнейдер

Тетка вздрогнула.

— Вашими молитвами, ваше сиятельство. Бес попутал… В смысле, премного благодарна за заботу.

Я едва удержалась, чтобы не перекреститься при всех. Что бы там тетка ни думала про себя, выводы она сделала.

— Я очень рада, что все обошлось, — сказала Глафира Андреевна, и прозвучало это так, будто она действительно от души радовалась, что старуха, которая непотребно ее обругала, не окочурилась от сердечного приступа, поняв, на кого разинула рот.

Тетка ошарашенно замерла, а потом снова ей поклонилась.

— А это та самая белка Луша? — Графиня осторожно протянула открытую ладонь. Белка вскочила на нее, уселась столбиком. — До чего милая!

— И в самом деле ручная, — заметила Марья Алексеевна. — Прибилась, говоришь?

Графиня глянула на меня — мне показалось, что чересчур внимательно. Показалось. Все ее внимание было направлено на Лушу, которая позволила погладить себя пальцем по голове.

— Прибилась, — кивнула я. — Видимо, кто-то ее приручил, а потом потерял.

Луша возмущенно цокнула и перескочила ко мне на плечо, демонстрируя, что потерять ее не так-то просто.

— Дай-ка мне пряничек. — Марья Алексеевна протянула тетке отруб. — Мятные мне Дарья привозила, хороши. Эти вроде другие.

— Эти без мяты, — согласилась я.

Генеральша задумчиво прожевала и вынула из кошелька еще один отруб.

— И эти хороши. Давай на все.

Тетка стала перекладывать пряники в лукошки, руки у нее дрожали.

— А мне на три отруба, пожалуйста, — сказала Стрельцова. — Кирилл Аркадьевич просто в восторге от ваших пряников, Дарья Захаровна.

— Вы очень любезны, Глафира Андреевна. Лучшей рекомендации для… — я улыбнулась, — моих пряников и желать нельзя. Сердечно вас благодарю и передайте, пожалуйста, мою благодарность Кириллу Аркадьевичу.

— Право же, Дарья Захаровна, иногда просто необходимо вовремя сказать правду, чтобы перекричать чужой вздор. — Она взяла у тетки корзину. — Люди любят судить поспешно и с чужих слов, однако я всегда предпочитала верить собственным суждениям.

— Ах, Глафира Андреевна, вы все так же очаровательно доверчивы, — пропела из-за ее спины подошедшая дама.

— Ольга Николаевна, — ровным тоном произнесла Стрельцова.

Не то представила ее мне, не то предупредила держаться подальше.

Дама не унималась.

— Вера собственным суждениям вопреки мнению света может сыграть с нами дурную шутку. Кому, как не вам, это знать?

— Разумеется, я это знаю, — сказала Стрельцова. — Но вы не находите, Ольга Николаевна, что куда горше ошибиться, поторопившись поверить чужой лжи? О таких ошибках порой сожалеют всю жизнь, не правда ли?

Не дожидаясь ответа, она повернулась ко мне.

— Удачной вам торговли, Дарья Захаровна.

Пронская грузно оперлась на ее локоть. Оглянулась, подмигнула мне и двинулась дальше, не то следом за графиней, не то увлекая ее.

Кажется, обе дамы решили, что от ядовитой красавицы я отобьюсь и самостоятельно. Оставалось надеяться, что они не переоценили мои способности.

Ольга Николаевна, похоже, была из тех, кто начинает со слов «Никого не хочу обидеть, но…» — после чего обижает всех с неминуемостью проникающей радиации, прекрасно сознавая, что делает.

Она пристально оглядела прилавок, нас с теткой — и под этим взглядом мне почему-то захотелось проверить, не поедено ли платье молью. Посмотрела на Лушу. Та немедленно развернулась к ней задом и задрала хвост. Выражение спины у белки было весьма говорящим.