Книга Институт благородных дракониц. Самозванка, страница 15 – Лафи Сильвер

Я сглотнула. Что она там видит?

Справа девушка в розовом стояла на месте и тряслась от ужаса. Потом начала отбиваться от кого-то невидимого и упала на спину. Вероятно, она тоже кричала. Но вот звуки я не слышала.

Еще дальше — в синем платье, та, что казалась мне такой уверенной, — застыла статуей. И смотрела перед собой пустыми глазами. А потом шагнула назад. Еще шаг. Еще.

— Не туда! — крикнула я. Но она меня не слышала. Она наткнулась на невидимую стену и принялась в слезах молотить по ней кулаками.

Я пошла дальше. Шаг за шагом. Плитки под ногами были ровными. Ни одна не шаталась, не проваливалась, не взрывалась. Я ждала подвоха. Я была готова к тому, что сейчас земля разверзнется, и я провалюсь в бездну, полную огня.

Ничего. На моей дорожке не было ничего.

Рядом девушка билась в истерике. Другая побежала назад, оступилась, упала и осталась лежать, закрыв голову руками.

А я шла. И ничего не происходило.

Мне становилось страшно от этого «ничего». Почему? Почему меня не трогает?

Я шла глядя на кричащих зареванных девушек.

А потом кончились плитки. Я стояла перед воротами. И даже не заметила, как дошла.

Не понимаю, что произошло. После угроз Асклита, я ожидала самых страшных испытаний. Но меня просто пропустили вперед.

Но выбора не было.

Я шагнула в ворота и вышла в пустой холл.

Первая из своей двадцатки.

Я сидела и ждала. Может, того, что сейчас выйдет женщина в сером и скажет: «Вы прошли, вас зачислят». А может, что появится Асклит и заявит: «Это ошибка, леди Сибастиана, вы не могли пройти так легко. Прочь из моего института».

Время текло медленно.

Первая девушка ввалилась в холл минут через десять. Растрепанная, с разорванным рукавом, без одной туфельки. Она тяжело дышала, опиралась на стену, и на глазах у нее блестели слезы.

Я вскочила, хотела помочь, но она зыркнула на меня так, словно я была врагом, отошла в угол и села прямо на пол, обхватив колени руками.

Потом пришла вторая. Платье было порвано, на лице — грязь, в волосах солома. Откуда она умудрилась взять солому?! Она не плакала, но взгляд был безумный, дикий. Увидела скамью, рухнула на нее, закрыла глаза и замерла.

— Твари, — прошептала девушка в зеленом платье из моей двадцатки. Она появилась следующей. Платье ее было разодрано в клочья, лицо исцарапано, волосы растрепаны. — Твари рвали меня... Скироны. Их был целый десяток.

Я смотрела на нее и не узнавала ту надменную красавицу, которая час назад хихикала над моей застежкой и называла меня провинциалкой.

— А ты... — прошептала она. — Как ты прошла? Ты выглядишь... нормально.

— Мне повезло, — сказала я.

Решила, что не нужно никому рассказывать про то, что было на моей дорожке. И про то, что и на других дорожках ничего не было. Как девушки сами бились о невидимые стены, сражались с несуществующей опасностью.

Наверное на них было оказано какое-то мощное влияние, чтобы проверить насколько хороши они. А я нечувствительна к этим воздействиям... Не знаю.

Вот только зачислить меня обязаны. Я же прошла через испытания и вошла в ворота.

Девушки постепенно собирались в холле. Все истерзанные, вымотанные. Но у каждой в глазах мелькал огонек победительницы. Они отлично понимали, что справились и теперь будут учиться быть хорошими женами. А потом их возьмут в свои семьи драконы, чтобы получить потомство.