Книга Неестественная смерть, страница 215 – Лю Сяохуэй

— Мы работаем до полусмерти, подвергаемся большому риску… А все-таки наши доходы меньше, чем у людей, которые собирают отходы.

Судебный медик Чжао скривился:

— Какая польза от того, сколько денег заработано, если у ребенка погибли оба родителя?

Коллега быстро закрыл рот, его лицо побледнело.

Какими бы срочными ни были дела, а иногда сделать с ними ничего нельзя. С другой стороны, и ежедневную работу нельзя откладывать. К счастью, через полмесяца дело наконец-то сдвинулось с мертвой точки.

В тот день было солнечно. Мы с судмедэкспертом Чжао сидели в судебно-медицинской клинике. Двое молодых людей открыли дверь, держа в руках направление на проведение судебно-медицинской экспертизы, выданное полицейским участком. У одного из них были синий нос и опухшее лицо, левый глаз превратился в щелочку, веки тоже опухли и блестели; у другого молодого человека подбородок был обмотан веревкой, а на голову надета белая сеточка.

Я долго смотрел на молодого человека в белой сеточке, и мне казалось, что он мне немного знаком. Увидев личную идентификационную карточку, я вспомнил, кто он такой.

Пострадавшего звали Цзян Инцзе – он был племянником Цзян Пэйсина, погибшего по делу о станции сбора отходов. Парень был среди тех, кто в тот день держал плакаты у входа в Управление общественной безопасности. Он был высоким и бросался в глаза. В тот день я был далеко от него и не приглядывался – а сегодня рассмотрел. Молодой человек был очень представительный, и у него были правильные черты лица.

Вчера вечером, во время ужина в ресторане, Цзян Инцзе и остальные поссорились с сидевшими за соседним столиком, началась потасовка. У противников оказалось больше людей, Цзян Инцзе потерпел поражение и был побит. Несколько человек получили ранения. Цзян Инцзе разбили голову бутылкой из-под водки, и в больнице ему наложили семь швов. Он хотел пойти домой, но его напарник не смирился с унижением и сразу же обратился в полицию. Дежурившие в полицейском участке полицейские доставили всех участников драки в полицейский участок. Обе стороны были разгневаны, никто никому не хотел уступать, посредничество проваливалось, все требовали провести экспертизу ущерба. Но когда они услышали, что придется заплатить за экспертизу, несколько человек, получивших легкие ранения, что называется, забили отступление.

Цзян Инцзе снял головной убор, и я измерил его рану – пять сантиметров. Я спросил его, есть ли у него еще какие-нибудь повреждения, и он сказал, что они были, но уже не видны и исчезли. Внезапно судмедэксперт Чжао уставился на руку Цзян Инцзе и спросил:

— Что у тебя за травма на руке? Это из-за драки?

Цзян Инцзе быстро отдернул руку и через несколько секунд покачал головой:

— Не помню, забыл… Там был полный бардак.

Молодой человек, сидевший рядом с ним, сказал:

— Во время драки те парни были совершенно безжалостны.

Я впился в него взглядом, прежде чем он успел закрыть рот.

Судебный медик Чжао взглянул на меня. Я интуитивно все понял, достал фотоаппарат и попросил Цзян Инцзе встать у стены. Тот был очень высокого роста, навскидку 185 сантиметров. Сделав снимки, я сказал ему, что необходимо тщательно проверить данные о травмах.

На тыльной стороне ладони Цзян Инцзе были три параллельных тонких шрама, которые выглядели так, словно их прокололи ногтями. После того, как струпья сошли, они стали светлее, чем окружающая кожа.