Онлайн книга «Алекс. Безродный. Дилогия»
|
А я что? Я ничего. Я не при делах и ни с каким Дьяволом не связан. Нечего на меня так глазеть, старик. Вообще, давненько нам следовало поговорить открыто. Вот только любой мой шаг в диалоге будет, как у сапёра на минном поле: чуть не туда сверну и могу сдохнуть. Объяснив основные моменты, он, держа руки за спиной, развернулся и кинул мне напоследок: — Да, кстати… Снаружи постоянно шастают прихвостни громилы Торгада. Я даже начинаю грязнокровного чуточку уважать за его настойчивость. Так что вылезать отсюда я тебе не советую, если не хочешь лишиться парочки конечностей, включая головёшку, разумеется. А вот это мог бы и не добавлять в конце! И без тебя знаю, что дела мои снаружи плохи! Раздражённо кинув взгляд на спину уходящего старика, я вернулся в кладовую и, вновь вздохнув, начал разминаться. Придётся опять батрачить ни за что!.. * * * Шёл седьмой день моего добровольного заточения. От работы, грязи и надменного взгляда Констиниуса уже тошнило, но всё ещё было довольно терпимо. По крайней мере у меня имелась крыша над головой, какая-никакая защита и еда. А если учесть ещё и работу, что по меркам местных бедняков здорово оплачивалась, то жаловаться вообще грех. Тем не менее я начинал сходить с ума от четырёх стен и фолиантов. Ещё и постоянно капающие на мозг прихвостни Торгада бесили… Группа ряженых клоунов, якобы «головорезов» оккупировала все улицы вокруг, и стоило мне лишь бросить взгляд в окно, как я обязательно видел утырка, что проводил пальцем по шее, сообщая о моей судьбе в случае выхода наружу. Порой это делали такие доходяги, которые, казалось, и от лёгкого щелбана в их пустую голову копыта отбросят. Моему терпению пришёл конец тогда, когда я поддался крикам толпы и, выглянув в крохотное окошко, увидел целую церемонию. Торгад вместе со своей дочкой и каким-то прощелыгой-орком в неместной одежде с многочисленными фиолетовыми вставками стояли на площади и смотрели представление в окружении прилипал из местной шушеры и каких-то закованных в сталь латников с фиолетовыми тканными вставками. Словно свататься приехал. Расхаживает тут, демонстрируя свою силу и богатство… Оглайла послушно стояла рядом, но она, после того как разодетый щегол что-то сказал и взмахнул рукой в сторону библиотеки, резко вырвала свою руку и двинулась в сторону дома. Да вот только наглый пёс силой схватил её и чуть ли не на землю бросил. Папаня повёл себя странно: не свернул шею очешуевшему мудиле. Понятно, с чьей стороны брак предложен… Строптивую красавицу решили усмирить. Это бесило… Хрен с ним, со мной! Пускай пытаются унизить, оскорбить, убить… Вообще насрать на их жалкие попытки. Но из-за меня так поступать с ней⁈ Не то чтобы я питал какие-то чувства к Оглайле, но возникло ощущение, будто меня обокрали и теперь хвастаются этим перед моим носом. Ещё немного посмотрев за этим цирком, вернулся к своей работе, думая, что предпринять. Через некоторое время план наконец-то созрел. — Посмотрим, как вы завтра у меня запоёте… — злобно ухмыльнулся я, собираясь наконец-то покинуть свою крепость. Глава 12 Часть 2 Достав глубоко за полночь свёрток с невзрачной тёмной одеждой, переоделся и направился к окну в том крыле, где я и Констиниус обитали. Открыв щеколду и выждав момент, когда луны спрячутся за тучами, прошмыгнул наружу и сиганул на крышу соседнего здания. Словно ассасин, я побежал по козырьку и спрыгнул в сторону закрытой торговой телеги кого-то из местных. Такие любят раскладываться рано по утру, начиная продавать разную нехитрую утварь или горячую еду, привозимую перед открытием. |