Книга Алекс. Безродный. Дилогия, страница 34 – Михаил Сазонов, Андрей Мельник

В указанном месте я нашёл нечто похожее на… поливочную. После того как смыл грязь тёплой водой из небольшой бочки, с помощью ножа, аналога мыла, отполированного ковшика и какой-то ткани привёл свои волосы в относительный порядок. Относительный, потому что я всё же не парикмахер, которого мне ещё предстояло найти. Зато уже не был похож на оборванца и дикого кочевника, который не знает, что такое мыло, ножницы и вообще вода.

Надев на чистое тело одежду Мясника, двинулся обратно в прихожую, но там хозяев не нашёл. У одного из работников узнал, что они в столовой, и отправился туда.

Зайдя в комнату, увидел, как хозяйка накрывает на стол, а Мясник, откинувшись на лавочку, с улыбкой посматривает на неё. Поймав молчаливый кивок Тога, сел рядом с ним.

— Готов узнать, что такое вкусовой оргазм? — с ухмылкой пробасил Мясник.

— Милый! — смущённо высказалась его жена.

— Ну что ты, Орсана? Ты ведь и правда великолепно готовишь. Вот, перед гостем хвастаюсь, — сказал с гоготом Мясник, параллельно показывая мне кулак, то ли чтобы не пялился на его жену, то ли чтобы не пытался обидеть непринятием еды.

— Да, запах уже будит во мне зверский аппетит. Уверен, это будет лучшее, что я в жизни пробовал, — подыграл я Мяснику. Ну как… Даже врать не пришлось, потому что запах еды и правда был аппетитным.

— Ой, да вы сговорились, — как-то мило и по-доброму произнесла Орсана, смотря на меня куда приветливее, чем раньше.

— Не, истинная правда, — в один голос произнесли мы и, переглянувшись, заржали.

— Ладно, хватит болтать, давайте есть. Мне ещё детей кормить. — С этими словами она поставила последний глиняный горшок на стол и разложила тарелки.

Мы дружно начали накладывать кушанье. Еда и правда была выше всяких похвал. Но… Приправы есть самые разные, однако о соли они словно и не знали. Но я точно её видел в припасах бандитов. Так в чём же дело?.. Этот вопрос я бесхитростно и задал вслух. Хозяева тут же перестали есть и напряжённо переглянулись.

— Ты бы такие вопросы не задавал, — напряженно произнёс Мясник.

— Я пойду проверю, как там дети. — Орсана встала из-за стола и быстро вышла из обеденной.

— Я что-то не то сказал? — произнёс я, с недоумением смотря на Тога.

— Ты и правда ничего не знаешь? — нахмурившись, протянул Мясник.

Пока он говорил, несколько раз опускал руку к своему большому ножу, но тут же одёргивал назад, заставляя её вернуться за стол.

— Нет, а что? — с самым невинным видом ответил я.

— Белый солёный порошок… Им пользуются только хаоситы и поклонники дьявола. Говорят, они так признают своих.

— Да? Что за ерунда… У нас всегда его лижут лошади. Просто белые камни из земли, по которым иногда течёт вода. Мы его измельчаем и используем в еде. Ещё мясо вялим.

— Ну, мы тоже вялим… Со временем сила Дьявола уходит, а мясо дубеет. Первожрец поэтому и дал разрешение, но… выборочно, так сказать. Не каждому это позволено, да и освящение такого места дорого стоит. В общем, в открытую его никто не применяет. Больше ты так не говори нигде, иначе быстро на костёр попадёшь. Для простых людей солёный порошок — это зло, знак дьяволопоклонников. А вы, видимо, язычники… Ты ведь не веришь в Арушимана проклятого, в Дьявола?

Тог Живодёр косился на меня, прищурив глаза, готовый содрать с меня шкуру в случае неправильного ответа.