Книга Повелитель гоблинов. Том 2, страница 35 – Евгений Лисицин, Андрей Мельник

Ушастый дрожащими руками взял ветку. Ненависть горела в его глазах, но страх был сильнее. Он не захотел получать наказание за своих бунтующих товарищей. Слабак.

— Начинай, — приказал я.

Он подошёл к ближайшему дикарю, своему товарищу. Тот умоляюще посмотрел на него:

— Не надо… Я же не…

— Бей, — холодно скомандовал я.

Ушастый замахнулся. Удар получился слабым, дрогнула рука. Ветка едва коснулась спины.

— Не засчитывается, — громко объявил я.

«ХЛЯСЬ!» — ударил Шрам ушастого по спине. Тот вскрикнул, согнулся от боли.

— Ещё раз, — сказал я. — И бей нормально.

Ушастый выпрямился, злость заменила страх. Размахнулся и ударил товарища со всей силы. Тот завопил.

— Один, — отсчитал я. — Продолжай.

Наказание продолжалось. Ушастый избивал собственных товарищей. Каждый удар давался ему всё тяжелее. Дикари кричали, плакали, молили о пощаде. Но я был неумолим. Если не подавить эту гадость сейчас, в зародыше, потом она принесёт намного больше бед.

К концу часа все семеро получили красные отметки на спинах. Ушастый едва стоял на ногах, весь в слезах и поту. Ветка-плеть выпала из его рук. Последние удары за косяки я делал сам, вместо Шрама. У бывшего вождя рука устала, бедолага. Я не садист, подменил его.

— Освободите их, — приказал я.

Дикарей развязали. Они рухнули на землю. Стонали, плакали. Больше никто не огрызался. Больше никто не смотрел мне в глаза с вызовом.

— Слушайте внимательно, — обратился я ко всем собравшимся гоблинам. — То, что вы сегодня видели, — это наказание за нападение на соплеменника и порчу нашего общего имущества. Здесь нет гоблинов, людей, кошек. Здесь есть только ПЛЕМЯ. Любая агрессия в сторону соплеменников будет наказываться. Особенно в сторону моих помощников. Они под моей защитой. УСВОИЛИ?

— ДА, ВОЖДЬ! — хором ответили гоблины.

Я повернулся к избитым дикарям:

— А вам я даю задание — принести десять единиц древесины отличного качества. До вечера. Она пойдёт на ремонт вышки, которую вы сломали.

— Мы… не сможем… — простонал один из них.

— Сможете, — отрезал я. — Или я сделаю новую вышку из ваших костей. Ма, Шрам, Спартак — следите за ними, чтобы никуда не сбежали. Пусть работают. Пока не принесут древесину и не починят вышку, им запрещено есть.

Троица кивнула с суровыми лицами.

Затем я посмотрел на всё племя:

— И ещё… Вы не защитили Миори. Ты, краснокожий, вообще поддакивал. Я слежу за тобой. Ещё раз замечу нечто подобное — и ты окажешься на месте этих дураков. Миори работала на благо поселения, а вы позволили на неё напасть. Поэтому сейчас все, кроме трёх надзирателей, заканчивают свои дела и бегают вокруг поселения. Пока я не скажу хватит. Вперёд!

Гоблины застонали, но никто не посмел возразить.

Миори встала:

— Господин, это всего лишь царапина! Не надо их так…

— Сегодня царапина, — строго сказал я. — Завтра перерезанное горло, пока мы спим. Это первые весточки бунта. А в гоблинов вшит расизм — ненависть к другим расам. Особенность у них такая… Поэтому племя должно понять — такого здесь не будет. И все в нём должны бояться нарушить мои законы.

Я обвёл всех взглядом:

— Начинайте. Болт, ты за главного. Бежишь первым. Пока я не скажу хватит.

— Ме-хе-хе… — как-то грустно выдохнул гоблин. — Будет сделано, вождь!

Гоблины неохотно потянулись за ним. Миори тоже побежала. Я не стал её останавливать. Это её выбор: быть частью племени или отделять себя от гоблинов.