Книга Академия магоубийц 4, страница 69 – Андрей Мельник

*Поправляю: лишь 76% покрыты щитами. В остальном ты прав. Даже примерное количество ракет тяжело подсчитать, чтобы понять, сколько из них потребуется. Не больше сотни, пожалуй. Вот и всё по прогнозам. Маноёмкость щита не то, что можно на взгляд определить.* — Исполнил мою просьбу Куратор.

— Тогда или «Феникс», или одну из супербомб?

*«Феникс» должен справиться, а супербомбы лучше оставить на зиккураты. Кстати, новость! По всему миру отмечаются изменения в струкруте работы щитов зиккуратов. Теперь у них «луковая» защита. Так её назвали вы, земляне. Кроме внешнего щита внутри имеется ещё несколько малых, окружающих башни, и ещё один средний, окружающий сам зиккурат,* — поделился сводками с фронта мой напарник.

— Это должно быть очень затратно! — я оставил управление машиной Куратору и пошёл в пассажирский отсек.

Открыл люк, достал металлический ящик. Прикрепил к нему на магните взрывчатку «особую», что способна плавить сталь.

Но ещё раньше «Феникс» от жара начнёт химическую реакцию, превращая этот небольшой, полуметровый закрытый стальной ящик, в геенну огненную для всего в радиусе двух километров. И не спасёт магический щит от оседающих огненным дождём химических реагентов.

Особая компоновка превращала пару крупинок в полыхающий часами огненный лепесток, что по своей форме напоминал хлопок. И был очень липкий. Если только дотронется до чего-то во время горения — проще отрезать кусок кожи, на который он упал.

Российская империя первой смогла синтезировать это ужасающее порошкообразное вещество, которое после войны должно стать запрещённым оружием. Такова уж была его мощь. И врагу, и нашим солдатам ещё лишь предстоит узнать истинный ужас Феникса, что горит часами, пока не сожжёт вас насквозь.

Подарок улетел вниз, и я полетел дальше, наблюдая в двадцати километрах постройку небольшого лагеря отдельной группой шайтранов.

Я летал по Сибири, от лагеря к лагерю, уничтожая тысячи наших врагов. Без вертолёта я бы здесь месяцами носился. А так мне хватило одного светового дня, чтобы вместе с оперативными группами Российской империи зачистить сто девять лагерей шайтранов. На сорока из них велось строительство. Тридцать из них я уничтожил своими собственными руками. Те, что были наиболее сильны, многочисленны и опасны.

Наступил вечер, и я поблагодарил всех за работу, летя в сторону Берингово котла, где шайтраны зажали и окружили нашу военно-тактическую группировку войск. По имеющейся информации, выведено из строя было около половины солдат. Многие погибли. Но ещё больше получили ранения. Враг продолжал «мариновать» котёл, не стремясь идти напролом. Ведь военные корабли на побережье активно помогали пробивать персональные щиты, после чего солдаты врага выкашивались стрелковым оружием и обычной артиллерией. Но даже так — потери были огромны. А запасы ракетного вооружения таяли. А огромный зиккурат, который должен был прикрыть войска от авиации и ВМФ, строился. В Маньчжурии застряла двадцатимиллионая армия Китая, столкнувшаяся с сумасшедшим напором легионов шайтранов. Поэтому с каждым днём настроение и людей падало, а надежды таяли.

До сегодняшнего дня. Переданные на фронт новости о разгроме тыловых соединений и передовых группировок врага воодушевил людей. Но ещё больше они воодушевились, когда к ним прилетел покрытый отметинами боёв и переливающейся плёнкой вертолёт.