Книга Статус: Искатель, страница 81 – Андрей Мельник

— Моё имя… — драконид помедлил, и в его оранжевых глазах на мгновение полыхнуло нечто нечеловеческое — яркое, древнее, невозможно глубокое, — Вулкар. Можешь называть меня Вулкар.

Брячедум замер с клещами в руках. Это имя он видел в храмовых текстах, когда изучал историю кузнечного дела Дракории. Что ему ещё было делать, когда он пьяным гулял по улицам древней столицы?

Вулкар… Драконий бог-кузнец, выковавший Роковую Гору где-то за пределами этого континента. Имя, которое произносят с почтением даже эльфийские мастера, считающие своё ремесло непревзойдённым.

— Бог-кузнец… — выдохнул Брячедум и медленно опустил клещи на наковальню.

Он верил, что это он и есть: пламя кузницы, весело заплясало при появлении драконида, а его глаза…

Брячедум выпрямился и поклонился. Не раболепно, а с профессиональным уважением, как один мастер кланяется другому, что бесконечно превосходит первого по мастерству. — Чем могу быть полезен, Великий Вулкар?

— Нынешнее тело, в котором я нахожусь, принадлежит наиболее искусному во всей Дракории кузнецу, — произнёс бог, подходя к наковальне и проводя пальцами по её поверхности. Там, где они прошли, металл на мгновение засиял тёплым золотистым светом. — Мой избранный аватар. Вижу его глазами, чувствую и работаю его руками… Иногда это очень полезно: позволяет забыться от тревог и лучше понять своих верующих. Но это не значит, что я не замечаю других талантов вокруг. Особенно тех, кто умудряется из мусорного железа выковать что-то достойное.

Он взял в руки связку метательных кинжалов, сделанных по просьбе Васи взамен утерянных.

— Эпическое качество… Десять кинжалов за одни сутки из этого материала… Прекрасная работа… Я всегда ищу таланты, — продолжил Вулкар, вернув кинжалы на место. — И мне интересно, на что ты по-настоящему способен. Не вот это, — кивнул он на заготовки, — а что-то, во что ты вложишь всё, что имеешь: каждую каплю мастерства, каждую искру таланта. Готов ли ты принять вызов от этого тела? Я верну ему контроль, и вы сразитесь. Не мечами, разумеется. У наковальни. Каждый не ограничен в материалах, я обеспечу всё необходимое. Время на работу — неделя. Победит тот, кто выкует более искусный и мощный артефакт. Без ограничений по типу, стилю и назначению. Полная свобода.

Брячедум посмотрел на бога-кузнеца, на его древние, горящие огнём глаза, на руки, которые, возможно, ковали горы и крепости. Потом посмотрел на свои ладони, покрытые мозолями и старыми ожогами.

— За все эти дни ожидания… — медленно произнёс Брячедум, и улыбка расползлась по его бородатому лицу, — я не раз мечтал сделать кое-что уникальное. Есть задумка, которую вынашиваю давно… Только подходящих материалов под рукой никогда не было.

— Теперь будут, — пообещал Вулкар.

Они посмотрели друг на друга. Гном и дракон. Мастер и бог мастеров. Две совершенно разные натуры, объединённые одной всепоглощающей страстью к раскалённому металлу и звону молота и наковальни.

Вулкар поднял руку. В его ладони возник молот, окутанный мягким золотистым сиянием божественного света, — древний инструмент, от которого веяло жаром тысяч горнов и мощью тысяч наковален.

Молот поднялся над наковальней и опустился. Волна прокатилась по кузнице, по всему кварталу ремесленников, по всем улицам Аматира. Не звуковая, а какая-то более глубокая, первобытная, проникающая во всё вокруг. А наковальня полыхнула золотом. На её поверхности проступили руны, которых мгновение назад не существовало. Божественная печать, скрепляющая договорённость двух кузнецов.