Книга Статус: Искатель, страница 46 – Андрей Мельник

Активировал «Глубокий анализ» и принялся методично изучать структуру языка. Способность помогала выявлять закономерности, находить повторяющиеся символы, определять их значение по контексту. Медленно, страница за страницей я начал понимать принципы демонической письменности.

Сам язык оказался куда сложнее. Гортанный, ревущий, с множеством щёлкающих и шипящих звуков. Человеческий голосовой аппарат с трудом мог воспроизвести некоторые звуки. Только редко используемая способность к звукоподражанию, что у меня была, позволяла выговаривать некоторые слоги, повторяя их за «учителями», которых я вытаскивал из темницы время от времени.

Я пробовал повторять слова вслух, но получалось плохо. Горло болело от непривычного напряжения, звуки выходили неправильными.

С демонами вообще было тяжело контактировать. Дрожали они сильно рядом со мной, а как выбьешь пару слов из их бестолковых голов, так заикаться начинают, черти. И ничего не понятно.

Не сразу, но всё-таки удалось найти того, кто уже смирился со своей участью и отринул страх. Хотя бы отчасти…

— Как это называется? — спросил я на первичном языке, показывая на книгу.

Демон молчал, не понимая, чего я хочу от него. Я повторил вопрос громче, добавив угрожающий тон. Демон дёрнулся, что-то пролепетал на своём языке. Гортанный звук, похожий на рычание с щелчком в конце.

Я, как смог, записал звук латинскими буквами и попытался повторить. Получилось плохо, но демон кивнул испуганно, подтверждая, что я правильно понял. Я дал ему ручку и лист бумаги, потребовал записать это слово. Показал жестами, чего от него хочу.

Он накарябал что-то, но было непонятно, насколько близки эти каракули к истине… Может, он ни читать, ни писать не умеет, а я зря мучаю нас обоих?

Сразу отбросил подобные мысли, и мы продолжили. Я показывал на разные предметы, демон называл их. Я записывал и пытался повторить, давал ему ручку и лист бумаги, затем сравнивал, подключая анализ.

Стол, стул, книга, свеча, нож… Базовый словарный запас начал формироваться.

За первый день я выучил около сотни слов и научился более-менее правильно произносить основные звуки. Горло болело адски… Но прогресс был и меня радовал.

Отправил демона обратно в клетку и вытащил другого на следующий день. Новый оказался чуть посмелее предыдущего. Даже пытался что-то объяснять жестами, когда я не понимал. С его помощью я разобрался с глаголами движения и базовыми действиями. Идти, бежать, прыгать, бить, резать… Демонический язык был удивительно богат на слова, связанные с насилием и разрушением, но беден на абстрактные понятия.

На третий день я уже мог составлять простые предложения. Словарный запас вырос до нескольких сотен слов, а произношение улучшилось настолько, что демоны понимали меня с первого раза. Я же понимал их примерно через слово, но этого хватало, чтобы уловить общий смысл.

Между занятиями языком я продолжал исследовать замок и собирать всё, что могло пригодиться. В личных покоях командира обнаружил сейф за потайной панелью. Взломал его с помощью магии и чёртовой матери.

Внутри оказались настоящие сокровища: золотые местные монеты в мешочках, драгоценные камни в бархатных футлярах, ювелирные украшения. Последние явно награбленные: слишком изящная работа для демонов. Ещё нашёл несколько артефактов, назначение которых мне предстояло выяснить; странные квадратные монеты с демоническими ликами и, что самое удивительное, таланты.