Онлайн книга «Сквозь топь и туман»
|
Пахло нагретым на солнце мхом и влажной землёй. Небо заволокла тонкая пелена прозрачных белых облаков, но на открытом пространстве всё равно было теплее, чем в деревне, где вязы и ели сплетали ветвями кружевную тень. Под ногами зыбко трепыхались мшистые кочки. Купава шла следом, но ничего не спрашивала, и Мавне было непривычно идти с подругой, но в тишине. Впрочем, за последний год Купава научилась молчать тогда, когда это требовалось, и Мавна была ей за это благодарна. Ещё не стрекотали кузнечики – их время настанет позже, в конце лета, ближе к жатве; лягушки тоже молчали, спрятавшись от дневного солнца, и только ветер легонько шевелил макушки редких берёз и хилых сосен, выросших на болотной земле. Мавна слышала собственное дыхание и быстро колотящееся, как у птички, сердце. И больше ничего. — Раско? – неуверенно позвала она. Дыхание спёрло, во рту стало сухо, и Мавна сглотнула. «Глупость. Какая же отчаянная глупость. Тут никого нет и не может быть, с чего ты вообще взяла, что будет иначе?» Но в памяти всплыло уставшее, бледное лицо матери, и Мавна вновь набрала в грудь воздуха и снова позвала, уже громче: — Раско! С берёзы вспорхнула сорока, напуганная криком, обиженно стрекотнула, и снова всё стало тихо. Мавна почувствовала, как Купава осторожно тронула её за локоть. — Не знаю, что ты пытаешься сделать, но лучше тебе перестать. Пойдём. Только душу травить. Мавна повела плечом и прислушалась. Кругом всё так же тихо. — Погоди. Мне нужно удостовериться. — В чём? Мавна приложила палец к губам. Болота окутывала какая-то сонная дымка, и солнечные лучи, проходя сквозь неё, казались густо-медовыми. Вдруг вдалеке что-то тонко вскрикнуло. Может, птица. Или… С холодеющим нутром Мавна расслышала долгое: — Ма-авна-а! Крик звучал где-то далеко и был таким отчаянным, тоскливым и горестным, что сердце Мавны замерло на несколько мгновений. Она помнила, как её звал Раско, и тогда это был совсем другой крик: требовательный и докучливый, как ей казалось. В нём не звучало ни тоски, ни страха, как сейчас. — Раско! Где ты? Мавна кинулась вперёд. Купава что-то крикнула за её спиной, но какое это имело значение? Там Раско, и он правда звал её. — Ма-авна! Снова высокий, тоскливый крик, в последнюю секунду срывающийся на визг. В груди Мавны всё подёрнулось льдом, и тут же запылало пожаром. В висках застучала кровь, ноги понеслись дальше по кочкам, соскальзывая в топь. Что-то схватило Мавну за руку, и она чуть не упала, резко остановившись. Развернув её к себе лицом, Купава пропыхтела: — Что на тебя нашло?! Ты с ума сошла? Утопиться решила? Мавна откинула с лица волосы, налипшие на вспотевший лоб. — Там Раско! Ты же слышала. Купава непонимающе мотнула головой: — Не слышала я ничего. Успокойся. Нет там никого, даже лягушки не квакают. А ты побежала, как синица ошалелая. — Синицы летают, – буркнула Мавна. Она растерянно оглянулась по сторонам. Снова стояла давящая тишина, а зов Раско так и звучал в голове отголосками, такой жуткий, что сердце щемило до боли. Неужели Купава не слышала? Но как… Из-под ног выпрыгнула лягушка и ускакала по своим делам. Мавна вздрогнула и только сейчас поняла: руки и ноги дрожат, а перед глазами от тревоги плывут серебристые точки. — Успокойся. – Купава притянула её к себе и обняла. – Тише. Всё хорошо. Тебе почудилось. Немудрено, после такой-то ночи, ещё и в церкви трясли столько времени. Пойдём, поешь и поспишь. Чего мы по болотам бегаем, как… |