Онлайн книга «Карнавал лжи»
|
– А что? Таша поднимает книгу так, чтобы её рыцарь рассмотрел обложку. – Что ещё за «Лунный ветер»? – хмурится тот. – Свежий роман Акурида. Он рисует книги в гравюрах… новое веяние. Этот сделан по истории писательницы Сафори, и он про вымышленный мир, очень непохожий на наш. – И ты читаешь такую ерунду?! Там же текста – три странички! – Побольше. – Таша снова разворачивает книгу к себе. – В обычных книгах авторам приходится описывать внешность героев, их действия… место, где действие разворачивается. Здесь всё нарисовано, и появляется возможность печатать одни диалоги. Которые в данном произведении многие хвалят. – Да ну? Облизнув палец, Таша перелистывает пару страниц, возвращаясь назад. – «Месть может только разрушать, – зачитывает она, – и самого мстителя она разрушает в первую очередь». – Банально, но верно, – неохотно соглашается Джеми. Таша снова облизывает палец. – «Что такое осуждение всего мира, – продолжает она, вернувшись ещё чуть раньше, – против боли того, кого любишь?» – Я бы поспорил. – Когда у тебя будет любовный опыт – поймёшь, – снисходительно бросает Таша, листая до следующей загнутой странички. Сама она подобным опытом, правда, пока тоже не умудрена… но представить себя на месте героев, вынужденных выбирать между счастьем близкого человека и осуждением общества, могла легко. – «Любви, огня и кашля от людей не утаишь». – Опять про любовь?! – Бее, – смешно морщась, подтверждает Лив. – Любовь – двигатель жизни, – замечает Арон, переступая порог. Он всегда знал, когда дети сидят без дела, и в таких случаях всегда входил в комнату без стука. – Всё в этой жизни делается ради любви, пусть иногда это любовь не к одному человеку, но к людям вообще. Или к деньгам. Или к некоей далёкой цели… если говорить о людях, которые двигают историю. – Любовь к деньгам – не настоящая любовь, – заявляет Лив, бесцеремонно вскарабкиваясь на колени Джеми. – О, у тех людей, о которых я говорю, это даже не любовь. Это страсть, мания… которые всё же суть разновидности любви, пусть и фальшивой. – Арон присаживается на кровать рядом с потеснившейся Ташей. – Всё дело лишь в том, что для чувств своих они избирают неверный объект поклонения. Джеми сосредоточенно грызёт губы, прежде чем вскинуть голову: – Святой отец, я тут заглядывал в учебник истории и наткнулся на раздел про свержение амадэев… Таша поспешно садится. Хотя, возможно, ей только чудится, что светлые глаза приёмного отца темнеют. – Не сомневаюсь, – произносит Арон, пока снежинки тают на его плечах. – Великая глава нашей истории. Повествующая о том, как шестеро алчных и властолюбивых мерзавцев были убиты, несмотря на упорное сопротивление и Адамант, сожжённый в ходе битвы. – Я подумал… – Что мне пора рассказать историю до конца? Под взглядом амадэя Джеми едва заметно съёживается: – Простите, я не хотел… – Не волнуйся. Дерзостью не сочту. – Арон отворачивается, глядя в тёмное окно. – Стало быть, тебя интересует та ночь. Мальчишка опасливо кивает. Пристроившись под бок к амадэю, Таша по-кошачьи бодает его лбом в плечо: не желая оставлять Арона наедине с тем, что сейчас всплывает из недр его тысячелетней памяти. Приобняв её рассеянным, едва ли осознанным жестом, какое-то время амадэй молчит. – Мы ждали, что это случится, – наконец заговаривает он негромко и неторопливо. – В тот год нам пришлось тяжело. Раньше Воины контролировали погоду в Долине, но в тот год, даже объединившись, не смогли ничего сделать ни с летней засухой, ни с затянувшейся зимой. Что-то сопротивлялось их силам… будто природа вдруг стала обладательницей собственной злой воли. Логичным следствием явился голод, и по всей Долине вспыхнули междоусобицы. Люди дрались друг с другом за зерно и скотину. На дорогах хозяйничали разбойники, надеясь добыть себе хоть немного еды. Перепуганный народ хлынул в города, где и без того не хватало пищи… Нам приходилось закрывать городские ворота, а отчаявшиеся люди пытались взять их штурмом. – Арон прикрывает глаза – даже сейчас, шестьсот лет спустя. – А довершили дело тиф и ведьмина лихорадка. Мы лечили и кормили тех, кого могли, но нас не хватало на всех. |