Книга Дифференцировать тьму, страница 189 – Евгения Сафонова

Вместо тьмы, черноты и серебра – свет, яркость и золото.

Полная противоположность всего, к чему я успела привыкнуть.

Далеко идти не пришлось. Я заметила по пути широкую лестницу из гибких золотых ветвей, но обошлись без подъёмов. Двери в тронный зал казались лишь чуть меньше тех, что вели во дворец, превосходя их богатством отделки… а вот сам зал, большой и круглый, впечатлял не особо. Он был не менее красив, чем всё, что я видела до того – и не более.

Нас подвели к трону, устроенному на небольшом возвышении в конце зала.

И на сей раз нас ждали.

Повелитель Хьовфин, брат Эсфориэля, встречал нас в одиночестве. Прекрасный, как рассвет, как гениальная симфония, как идеальная симметрия; сиявший утончённой красотой, на которую не имел права ни один человек. Лицо, гладкое и юное, – статуя Микеланджело, волосы – золотой шёлк, глаза – бездонное море, где тонет сиреневый закат, серебряная парча одежд – лунный свет, ниспадающий на пол.

И мне вдруг захотелось упасть на колени перед его троном, последовав примеру светлого колдуна.

— Приветствую, Восхт. И вас, гости, что явились незваными и принесли злые вести. – Голос Повелителя эльфов завораживал холодной музыкой, переливами высоких гармоник. – Давно я не видел Детей Луны. Говорите, кто вы. Зачем пришли. И что с моими сыновьями.

За этим голосом, за этой красотой хотелось идти куда угодно. Ей хотелось подчиняться. Ей хотелось служить.

Такими становятся эльфы, что прожили не один век?..

— Я – принцесса Мортиара, сестра Альянэла из рода Бллойвуг, Повелителя дроу, Владыки Детей Луны. И мы пришли к вам с предложением мира. – Морти степенно скинула капюшон. На неё Хьовфин явно не оказал гипнотического воздействия. – Мы пленили вашего сына, Дэнимона, вместе с его невестой и принцессой Навинией, владычицей людей. Они живы и здоровы, и с ними обращаются самым достойным образом.

Чтобы избавиться от зачарованности, мне пришлось зажмуриться. Наверняка какие-то эльфийские чары, будь они неладны! А на Морти не действуют, ведь она дроу…

И только тут я услышала отзвуки шёпота, которым обменялись стражники. Исполненные ужаса.

«Наследница Тэйранта».

— Дэнимон? – повторил Хьовфин. – А как же Фаник?

— Принц Фаникэйл остался на свободе. – Морти говорила спокойно, учтиво, без всякого раболепства, как равная с равным. Если ей и претило мирно беседовать с убийцей сестры, она ничем этого не выдавала. – Семь дней назад мы встретили его в Тьядри и передали послание для вас.

— Вот как? – Вежливая прохлада в голосе эльфа завораживала и замораживала, как сознание, так и слух. – А мне докладывали, что в последний раз его видели как раз в Тьядри. Как раз семь дней назад. И больше – нигде и никогда.

Я увидела, как Восхт, до сих пор молча отсиживавшийся на полу, удивлённо вскинул голову. Почему-то – на меня.

Как будто я каким-то образом могла знать, куда угораздило запропаститься брата Дэнимона.

— Вы пленили одного моего сына, – ровно продолжил Хьовфин, – но утверждаете, что непричастны к исчезновению второго?

— Уверяю, Повелитель, – склонив голову, заговорила я, – семь дней назад мы оставили принца в гостевом доме «Чёрная Кошка», в целости и сохранности. Восхт может это подтвердить. Принц был в полном порядке, разве что…

— С этой вещью на шее он подтвердит всё, что вам угодно. – Эльф наконец повернул голову в мою сторону. – Человек? И с ними?