Книга Дифференцировать тьму, страница 161 – Евгения Сафонова

— Можешь ответить на один вопрос? – спросил он, шагнув вперёд.

Это было неожиданно, но я кивнула.

Стоя у самой лестницы, не рискуя подходить ближе.

— Мне рассказали, кто ты и откуда. И почему тогда ты помогаешь… им? – он говорил без отвращения, без особого любопытства. Скорее устало. – Дроу обречены, но ты ведь человек. Ты не из этого мира, тебя ничего с ними не связывает. Так почему? Ты могла сбежать с невестой принца, и светлые наградили бы тебя так…

Услышав мой тихий, бесконечно горький смешок, колдун осёкся.

— Да не могли мы сбежать, – выдохнула я в ответ на его недоумённый взгляд. – Вы ещё этого не поняли? После того, что сделали с Навинией? Может, светлые и сильнее, но здесь, под горами, властвуют не они. И выбора у меня не было. Нет, был: либо мёртвая Криста, либо живая Криста и принц в плену. Только так.

Он только моргнул. Похоже, не верил. Конечно, легче ведь считать меня злобной предательницей, чем признать, что без меня эта история могла бы закончиться куда хуже.

Остолоп.

— Вы думаете, я поначалу их не проклинала? Да один из них чуть меня не убил. Криста может подтвердить. – Я дёрнула плечом, не зная, зачем оправдываюсь. – Мы же не в книжке, где герой не может умереть, а хорошие парни обязательно найдут какой-нибудь чудесный выход, и в последний момент принц спасёт принцессу, а даже если кто-то погибнет, его оживит сила истинной любви или другая ерунда! Я сама до сих пор сижу взаперти в этой башне, а если выйду, со мной могут сделать вещи похуже, чем с Навинией. И всё потому, что дроу ненавидят людей. Из-за того, что ваши – да, ваши добрые светлые народы сделали восемнадцать лет назад!

Восхт молчал. К моему удивлению. Я-то ожидала возмущений и возражений, что светлые просто защищались, что резню устроили дроу, что…

— Мои родители тоже погибли там, – вдруг тихо произнёс колдун. – На том пиру. И я всю жизнь пытался понять, почему дроу сделали это. Почему атаковали так глупо, обрекая себя на смерть. Потому что меня не устраивали те ответы, которые мне давали, а других я не находил.

Теперь молчала я, потрясённая тем фактом, что среди светлых думать умеет не только Эсфориэль.

— Эти ошейники… – Восхт коснулся серебряного круга на своей шее, – их действительно никак не снять? И кольца не заполучить?

Я даже не знала, можно ли сказать ему правду.

И как относиться к тому, что устремлённый на меня взгляд явно смягчился.

— Нет. Самим вам их не снять. Даже с кольцом, – всё-таки произнесла я. – А ещё с их помощью можно наблюдать за вами. Постоянно, где бы вы ни были.

Он задумчиво кивнул, изучая моё лицо внимательными тёмными глазами.

— Значит, у тебя действительно не было выбора?..

Ответить я не успела.

Хорошо, что я стояла у самой лестницы. Иначе никак не успела бы сделать то, что сделала. Пусть даже меня от двери, за которую так и не ушёл Восхт, отделяло весьма приличное расстояние.

Но Дэнимон, стремительным вихрем вырвавшись из комнаты пленных, преодолел его за считаные секунды.

Я действовала скорее инстинктивно, чем осознанно. Просто отвернулась и скакнула сразу на две ступеньки вверх. А когда оглянулась, эльфийский принц уже падал на пол спиной назад, у самого подножия лестницы, словно наткнувшись с разбегу на невидимую преграду.

Я ничего не слышала, ибо все звуки остались по ту сторону магического барьера. Зато прекрасно видела лицо эльфа, когда Дэнимон вскочил: немного удивлённое – и ужасно раздосадованное.