Книга Вершины и пропасти, страница 175 – Софья Ролдугина

…и ринулись в атаку.

«А я ведь считала, что они станут биться потихоньку, – ошарашенно подумала Фог. – Вполсилы… Как же, да».

С первого же удара Эсхейд отдача была такая, что первый ряд зевак едва не повалился наземь. А Мирра выстоял – потому что ударил в ответ ровно с той же силой. Да ещё эдак щегольски, небрежно, точно отмахнулся от сухого листа, гонимого ветром, или от настырного мотылька.

— Показушничает, – пробормотал кто-то рядом, и Фог обернулась. Это был Телор; он успел протиснуться через толпу и пробраться к ограждению – как всегда незаметно, и теперь стоял, слегка касаясь прутьев, а его морт, прохладная и серебристая, оплетала их, постепенно укрепляя. – Зря, конечно, Эсхейд опыта не занимать, если он зазевается – мигом окажется на земле… Хотя, может, для правителя показушничать и неплохо, если умеючи.

Глаза у него были сощурены и оттого казались темнее; между бровей залегла морщина.

— Волнуешься за него? – спросила тихо Фог.

— А как не волноваться? – ответил Телор с досадой, и морт вокруг него пошла искрами, а прутья задрожали и тронулись в рост. – Я его помню вот таким крохой, – развёл он ладони. – Чуть постарше младенца. Если посчитать, сколько он у нас на севере гостил – выйдет, что мы едва ли не как родного сына его воспитывали… Ай, хорош! – неожиданно воскликнул он громче, хлопнув себя по бёдрам, и короткая беседа прекратилась сама собой.

Потому что Мирра и впрямь был хорош.

Его удары не были так сильны, как у Эсхейд, но зато отличались точностью – и проворством. Если первые минуты преимущество оставалось на её стороне за счёт чистой мощи, то затем оно перешло к Мирре – и вскоре стало подавляющим. Быстрый, лёгкий и ловкий, он вертелся вокруг неё – и бил снова и снова…

…только по мечу.

Эсхейд, видно, рассчитывала силу ответного удара не столь точно, а потому выходила сухой из воды лишь благодаря могучему телосложению – и опыту.

— Ха!

Выдохнув резко, Мирра крутанул мечом – и обрушил на противницу незримую волну, но не упругую, острую, как раньше, а словно бы рассеянную, как ветер. Эсхейд отступила на несколько шагов назад, пытаясь сохранить равновесие, и, судя по выражению лица, выругалась. Он торжествующе ухмыльнулся… и едва успел подставить клинок, отражая удар.

Трава пошла мелкой рябью; лента, которой Мирра увязывал волосы, лопнула – и он упал.

На одно колено.

— Эх, ты! – Телор подался, налегая на хрупкое заграждение, усыпанное мелкими бело-розовыми цветами. – Ну! Да как же так!

У Фог сердце тоже дрогнуло – не так, как в битве, от страха, но от азарта.

«Ну же, – подумала она, и губы у неё беззвучно шевельнулись. – Давай!»

Ей ясно были видны облака морт, закручивающиеся вокруг клинка Мирры. Пока ещё полупрозрачные, сизо-лиловые, они быстро темнели, густели…

«Да он почти как киморт, – подумала Фог, цепенея от странного восторга, крепко замешанного на каком-то глубинном, необоримом страхе. – Значит, в умелых руках даже простой инструмент способен на такое… Даже простой инструмент…»

А потом Мирра сделал что-то – не то чуть наклонил клинок, не то вывернул рукоять – морт брызнула в стороны.

Эсхейд шагнула назад, прикрывая глаза, как от ветра…

…и не успела правильно подставить меч под следующий удар.

Её клинок, сверкая в лучах солнца, крутанулся – и отлетел в сторону, плашмя падая в траву. Мирра застыл, опустив меч, тяжело дыша – торжествующий, сияющий, счастливый, а потом расхохотался вдруг, запрокинув голову к небу.