Книга Бес лести предан, страница 208 – Элиот Лилит

Александр улыбнулся.

— Господина Шевалье и его обворожительной супруги. Первое время они квартировали в Большом театре, но пожар ускорил ход событий, и князь Юсупов подыскал им этот дом. Неплохое местечко, правда?

— Любой дом хорош, лишь бы свой.

Александр угадал ход его мыслей и нахмурился:

— Что же ты сразу не сказал, что хочешь дом? Я бы давно замолвил за тебя словечко перед отцом. Уже приметил какой-нибудь?

Алексей покраснел, обескураженный его готовностью прийти на выручку.

— Разве я могу так просто…

— Конечно, можешь! Ты всегда мне во всем помогаешь, и еще сомневаешься, можешь ли просить что-нибудь в ответ? Говори скорее, присмотрел ты что-то подходящее?

Сгорая от смущения, Алексей выдавил:

— На Миллионной недавно посносили всякую ветошь под новые военные помещения, но от тех домов остались флигели. Если б мне дали их привести в божеский вид, я бы там все как надо устроил.

— Считай, что они твои. А теперь идем скорее, меня уже ждут.

— Шевалье вас ждут? – Алексей нахмурился. – Зачем?

Александр уставился на него, как на идиота.

— Мне нужно объяснять, зачем молодые люди наносят поздние визиты хорошеньким актрисам?

Лицо запылало так, что пот выступил. Черные воды Фонтанки вдруг показались жутко привлекательными.

— Но… Она ведь вместе с мужем живет…

— Ну так и я не через кабинет господина Шевалье собираюсь заходить. А впрочем, думаю, он и тогда не стал бы возражать. Но надо же соблюдать приличия.

Они зашагали по набережной.

— Вы мне так и не рассказали, что произошло в тот вечер.

— То же, что и всегда. Странные вещи, которые никто не может объяснить.

— Расследование графа Палена не закончено, – возразил Алексей. – Пока он установил только, что нет следов явного поджога, но его люди все еще опрашивают очевидцев и работников театра.

— Не думаю, что при всей его старательности он что-нибудь найдет. Те, кто что-то знают, и солгать убедительно смогут. А с тобой он уже говорил?

— Да, на следующий же день. Но я ничего полезного рассказать не смог. Когда я бросился за вами, пожар уже бушевал.

— Тогда я могу говорить без опаски, – Александр запрокинул голову, и оранжевый фонарь высветил его тонкую улыбку. – Понимаешь, кажется, это я поджег театр.

Алексей замер, как вкопанный.

— Вы – что?

— Я поджег театр, – Александр тоже остановился. – Нечаянно.

— Как можно нечаянно поджечь театр?!

— Я открыл одну очень странную шкатулку в комнате небезызвестной нам актрисы. И… – он рассмеялся, глядя на перекошенное лицо Алексея. – Нет, я, кажется, совсем сбил тебя с толку. Нужно было начать с другого места.

— Да, – он шутит, должен шутить. – Например, с того, что вы делали в комнате мадам Шевалье.

— Это-то как раз просто. Но скажи, когда мы смотрели выступление, и этот, как там его, граф де Нуар, обнажил ее руку, ты совсем ничего не почувствовал? Эта метка у нее на руке – она тебе ничего не напомнила?

К горлу подкатила желчь.

— Ожог от бесовских сил. Такие оставляют твари с Изнанки, если не успевают высушить свою жертву. Только это был отпечаток человеческой ладони, но я никогда к ней и близко не подходил, а больше ведь некому. Это просто сценический грим.

Александр хмыкнул.

— Да, вот поэтому я и хочу проверить, не показалось ли мне. Ни ты, ни отец ничего странного не заметили, и Александра тоже, хотя иногда она чувствует тьму не хуже меня.