Книга Бес лести предан, страница 146 – Элиот Лилит

Этого еще не хватало… Пока что они с Мелиссино находились в странном соправительстве: Алексей взял на себя всю административную работу, но в поле командовать не привык, поэтому все вылазки на Изнанку и боевые операции планировал генерал. И кому прикажете передать эти обязанности? Следующим в цепи командования был Лен, но Алексей сомневался в его способностях – даром что при фельдмаршале Суворове служил. Не Толя же, в самом деле, выдвигать… Нет, надо убедить Мелиссино остаться, еще хотя бы на год.

Алексей бегло просмотрел список патрулей и нахмурился:

— Тут людей не хватает, – он постучал пальцем по списку для завтрашнего, заступавшего во вторую очередь. – И вот тут еще. Его величество велел, чтобы не меньше десяти человек, а тут только восемь. Вы куда смотрите?

— Неоткуда брать, – поднял голову Лен. – Если только не отправить новобранцев, как я предлагал.

— От них толку не будет никакого, – отрезал Алексей. – Половина из них еще вчера ничем серьезнее косы не орудовала. Попадется тварь из разлома, и они покойники.

Лен и Толь переглянулись. По тому, как скривились их губы, было ясно, как мало их заботят жизни вчерашних крестьян.

— У нас в строю сейчас три с лишним сотни, – продолжил Алексей. – И это без бесогонок Нелидовой. А вы не можете составить расписание на две ближайшие недели?

— Так ведь праздники на носу, – пожал плечами Лен. – Вы еще не видели, но у вас там стол от прошений об отпуске ломится. Сейчас все шефы полков воют от того, что не успевают эти прошения разгребать.

— Праздники каждый год, как же раньше не выли?

Лен смутился.

— Ну… Раньше ведь не обязательно было, чтобы все по бумагам.

Ах да. Он порой забывал, какие порядки царили в екатерининской армии.

— Ну, раз раньше не обязательно было по бумагам, то в этом году необязательно и в отпуск выходить, – отрубил Алексей. – Сначала сформируйте патрули, а там посмотрим, сколько человек можно отпустить.

Лен с Толем снова переглянулись. Алексей не выдержал:

— Что-то не устраивает? Не в состоянии выполнить элементарное поручение – так и скажите, найду кого посноровистее.

На щеках Лена проступил гневный румянец. Этого задеть было проще – Толь от многого мог отмахнуться с насмешливым пренебрежением, а вот его товарищ вдвое меньше думал о работе и вдвое больше – о гордости.

— Никаких проблем, ваше превосходительство. – Толь даже почтительные обращения выговаривал как оскорбления. – Только я бы на вашем месте еще хорошо подумал. Тут вам не Гатчина. Будете шпынять офицеров слишком сильно, и вместо прошений об отпуске вас завалят прошениями об отставке.

Ну каков наглец…

— Вижу, что не Гатчина, – процедил Алексей. – В Гатчине умели выполнять приказы и не жаловаться. Бесогоны не могут выйти в отставку без дозволения императора, а остальные пусть делают что хотят.

Толь всегда улыбался так, что хотелось его ударить.

— Как вам будет угодно.

После этого разговора на ужин к императорской семье Алексей шел в отвратительном расположении духа и был сбит с толку, обнаружив, что за столом царит приподнятое настроение. Тон, конечно, задавал император. Последнее время он был раздражительным и взвинченным, но сегодня сиял, как именинник. Константин удивленно косился на отца, великие княжны, увлеченные беседой с Нелидовой, тоже нет-нет да поглядывали с интересом. Даже Мария Федоровна, с самого приезда мрачная и молчаливая, охотно рассказывала мужу, какие картины хочет заказать в Зимний дворец, как только они станут свободнее в средствах.