Книга Не бойся меня, страница 78 – Дарина Стрельченко

Мам, все хорошо. Папа ушел на работу, я в гостинице. Тут здорово, завтрак был вкусный, я не голодная, не переживай.

На самом деле от голода в животе урчало, но выходить одной до ресторана или, тем более, искать магазины поблизости – решиться на такое Саша определенно не смела. Но мама ведь положила им с собой еду в поезд – которую они даже не тронули. Зато теперь Саша набрала воды в чайник, отыскала в ящичке стола пакетики с чаем и кофе, заварила себе крепкого черного и вытащила мамины припасы на скорую руку: бутерброды, печенье, яблоки.

Вадим, привет. Прости, что не предупредила, но мне пришлось срочно уехать в Москву, это из-за газеты. Я потом все расскажу подробно. Пожалуйста, не волнуйся, все хорошо.

Вранье, вранье, вранье. Снова вранье. Может быть, если бы она сразу рассказала родителям правду, всего этого удалось бы избежать? Но сделанного не воротишь, а как рассказать правду Вадиму? Какими словами?

Саша вспыхнула, понимая, что не выдержит этого еще раз – рассказать все Вадиму. Даже урезанную версию. Нет. Нет. Нет.

Она съела все, но по-прежнему чувствовала себя голодной. Заглянула в крохотный холодильник под столом. Там обнаружились орешки и шоколадки; Саша посмотрела на цены и решила, что потерпит до прихода отца. Но терпеть не пришлось: папа заказал сырную пиццу в номер.

«Моей принцессе» – было написано на коробке.

Саша, которая пережила легкий приступ паники, когда открывала дверь (хоть папа и предупредил о доставке), прочла надпись и засмеялась. Открыла коробку, откусила здоровенный кусок. «Моей принцессе». Папа называл ее так в детстве. Очень-очень давно. Когда у нее было розовое платье с золотой вышивкой по рукавам и подолу, с розовым поясом и розовыми лентами по манжетам.

Пап. Люблю тебя.

Защемило в груди. Она опять подумала о Вадиме, у которого отца не было. Подумала об Арине, у которой тоже не было отца. Подумала обо всех, у кого не было папы, который называл бы дочь: моя принцесса. Что-то сильное и теплое распустилось внутри, как горячий цветок, до слез и комка в горле.

А еще Саша подумала, что здесь, в другом городе, рядом с отцом, до нее не доберется никто. Она съела еще кусок пиццы, открыла новый текстовый файл и взялась за образец обзора печати, который так и не начала вчера в Кавенецке.

Что ж. Не все выходит так, как мы планируем. Но кое над чем мы властны. И если заняться этими, подвластными нам вещами, жизнь потихоньку возвращается под контроль – или хотя бы его иллюзию. А это все равно легче. Это позволяет добраться, дожить до света.

* * *

Папа пришел в половине седьмого. Было еще совсем светло, и они решили прогуляться по окрестностям, а заодно найти, где поужинать. Неторопливо смеркалось и холодало, и уже через полчаса они зашли в маленькую золотистую кофейню. Выбрали укромное место на двоих – Саша сразу же привычно направилась в угол, и там обнаружился керамический стол рядом с подоконником, заставленным горшками с цветами. Оказалось, что это не совсем кофейня, а скорее пекарня, но искать что-то еще ни у папы, ни у нее самой желания не было. В итоге Саша взяла горячий шоколад, папа – зеленый чай с жасмином, и на двоих – «Классический пирог с мясом и грибами» весом почти килограмм.

— Тебе грибы, мне мясо, – сказал папа. – Что не съедим, то возьмем с собой. – Потом осторожно добавил: – Ты как?