Книга Фейрум, страница 51 – Дарья Райнер

— Но зачем?

— Регулирует популяцию, – усмехнулся Джек.

— Я серьезно.

— Я тоже, Деревце. Кто его разберет. Иногда мне кажется, он выбирает: с неугодными прощается, а тех, кто по нраву, оставляет себе, как коллекционер – особо редкие экспонаты.

Сравнение Липе не понравилось. Она и раньше понимала, что Дом живой, но подобная избирательность была признаком разума. Разве не то же она думала о фейрите?

Лестница кончилась так внезапно, что Липа едва не уткнулась носом в спину Лагарда. Коридор принял знакомые черты: все та же бельевая веревка, натянутая из конца в конец, разобранный велосипед и банки с вареньем на полу. Обитель Баб-Ули.

— Зачем мы тут, Джек?

— Знакомиться с домашними! Ну то есть мы можем, конечно, посидеть в сторонке – где-нибудь в чулане, – пока Девятый не вернется. Но не лучше ли провести время за приятной беседой?

— На пару слов. – Она потянула его за рукав, отводя в сторону. – Это безопасно?

Липа понизила голос, вспоминая слова Игнаса о том, какой чуткий слух у старушки за стеной.

— Да что может пойти не так? Девятый наговорил тебе каких-то баек?

— Нет, ничего конкретного… Просто предупреждал, чтобы не пила чай у Баб-Ули, если она станет предлагать.

Джек прыснул.

— Что смешного?

— Ну это прописная истина. Не бойся, я тебя в обиду не дам. «Чаепитие», в конце концов, – всего лишь слово. Хороший повод узнать соседей.

Он подмигнул им и отворил дверь с облезшей краской и кривым шпингалетом.

— Игош, а ну зови Баб-Улю, я гостей привел!

Послышался знакомый топоток: негритенок пробежал мимо них, молча скрывшись за занавеской. Спустя мгновение оттуда раздался грохот и звон посуды.

— Фу ты, чертенок, напугал! Кого там принесло так рано? Обед еще не готов! – Старческий голос звучал громко: так обычно говорили плохо слышащие люди.

Джек жестом пригласил их войти, и Липа осмотрелась. Обитель хозяйки изнутри производила такое же впечатление, как снаружи. Будто Липа провалилась в прошлое. Старенький телевизор на ножках в углу – наверняка черно-белый… Интересно, его вообще кто-нибудь смотрит? И что здесь транслируют вне времени? Липа вспомнила про Нее – ту фейрумную, что обеспечивала Дом энергией, и погрустнела. Ничего интересного она больше не нашла: полосатые коврики под ногами, застеленный пледом диван с горкой подушек и вышитые гладью салфетки на пустом столе, посреди которого стояла изящная ваза. Простенько и неуютно.

Липа не помнила родную бабушку. Ей не с чем было сравнивать.

Акто, догнавший их в коридоре, теперь забавлялся со стеблями герани, подплывая время от времени к Джеку. Кажется, Хиггинс вызывал у крохи-анимона неподдельный интерес.

Сам Джек уселся рядом с Липой – в подтверждение своих слов. Диван просел под его весом, и Липа скатилась к середине.

— Извини. – Она неловко отодвинулась.

— Тебе ли извиняться, Деревце?

— Прекрати!

— Прекратить что?

— Вот это! – Она не сразу подобрала слово. – Делать вид, будто знаешь какую-то тайну. То, чего не знаю я.

— Так и есть, если подумать. Ты просто еще не дожила.

Лагард, сидевший в кресле напротив, закатил глаза.

— И когда это случится? Когда доживу? – Липа понизила голос. – Как вообще вышло, что ты знаешь мое будущее?

— Не всё. – Лицо Джека стало серьезным. – Только некоторые эпизоды, связанные со мной. Просто представь две кривые линии, которые изредка пересекаются, а потом расходятся, каждая в своем направлении. Точка пересечения слишком мала по сравнению с длиной линии. Мы еще поговорим об этом… Но не сейчас. Не будем смущать достопочтенного мсье.