Книга Край неба, страница 31 – Марк Дж. Грегсон

Закрываю глаза. Ну почему она покинула меня?

В груди снова разверзается рана. Мне словно вырывают сердце.

Я стискиваю в руках обе трости. Сжимаю челюсти.

Будь мама здесь, сиди она рядом со мной под замерзшими ветвями дерева, напомнила бы не терять себя. Оставаться сыном, которого она растила. Но там, куда я отправляюсь, среди ужасов, что скоро наполнят мою жизнь, быть этим сыном не выйдет. Я буду все делать только ради Эллы. Мне надо возвыситься в цехе, любой ценой. Доказать, что я сильнейший. Нельзя позволить состраданию ослабить мою решимость. Нельзя, ведь все эти годы Элле нашептывал всего один голос. Ядовитый, как змеиное жало.

Просидев так еще несколько минут, цепляю отцовскую трость к поясу, материнскую прячу в сумку и поднимаюсь с этой одинокой скамьи. Холмстэд – дом моих предков. Место, где Урвины родились и процветали двести с лишним лет. Это многие поколения самых могущественных мужчин и женщин, когда-либо бороздивших небо. Но я не просто Урвин, я еще и Элис, и принесу честь материнскому имени. Верну ее дочь.

Покинув парк, иду по улице, пока не оказываюсь в срединных доках, где стоит корабль, который скоро отнесет меня на остров Венатор, в штаб Охоты. Корпус корабля из белой стали метров сто в длину, а то и больше. К причалу от него тянется огромный трап.

По тропинке к кораблю поднимаются десятки людей. Судно ведь перевозит не только отобранных, это еще и пассажирский транспорт. Некоторые обитатели Холмстэда на зиму перебираются на юг.

Уже на подходе к трапу замечаю прочих рекрутов. Себастьян из Авелей, тощий мальчишка с черными патлами, подбоченившись, осматривает корпус гигантского корабля. Он пришел первым.

Брайс из Дэймонов, опустившись на колено, с улыбкой раздает монетки детишкам-низинникам, которым случилось забрести в порт.

А потом появляется самая большая куча крачьего дерьма, которую когда-либо порождал этот остров. Хмуря брови, он поднимается на борт. В его взгляде – решительность. Он, как и я, утратил все и хочет это вернуть.

Проводить новых охотников, похоже, никто не пришел. Видимо, по этой причине мастер Коко нас и выбрала. Пропадем – никто скучать не станет.

Брайс встает, погладив по голове мальчика, и тут замечает меня. Она уже облачилась в облегающую серую форму, которую носят отобранные в цехе Охоты: такая создает меньше сопротивления воздуху. Правда, сам я пока не переоделся.

— Каковы были шансы, – рассуждает Брайс, подходя ко мне, – что парень, которого я спасла из-под падающей стены, угодит в один цех со мной?

— Небольшие.

Она смеется.

— Родных нет? Никто не провожает? – спрашиваю.

— Ты забыл, что я родилась на другом острове? И последние два года училась в Университете.

— Что изучала?

— Общественную иерархию.

— Заманчиво.

— Сарказм. – Брайс широко улыбается. – Может, это область науки и не для богатых, зато она важная.

Ревет гудок – сигнал к погрузке.

— Ладно, пора нам на борт, – говорит Брайс. – Увидимся на корабле.

Вскоре я поднимаюсь по пружинящему под ногами трапу и ступаю на палубу. За последним пассажиром лестница втягивается. Корабль со стоном оживает; внутри него такая мощь, что чувствуешь ее всем нутром. Сердце ускоряет бег. Я перехожу на корму, и мне кажется, что я вижу на причале мать: ее светлые волосы развеваются на сильном ветру.