Книга Край неба, страница 179 – Марк Дж. Грегсон

Никогда бы не думал, что почувствую что-то еще, кроме ненависти, хоть к кому-то из Атвудов. Но Громилу, как и меня, бросили. И, возможно, он сам испытывает негодование. Ненавидит какого-то отдельного члена семьи, убедившего мать избавиться от неудачливого отпрыска.

— Мы с тобой одинаковые, – говорит Громила, глядя мне в глаза. – Оба хотим вернуться в семью, пусть близкие и примут нас, только если принесем доказательство верности. – Помолчав, он вдруг спрашивает: – Ты ведь собираешься принять дядькино предложение, да?

— Иначе мне сестру не вернуть.

Выдержав паузу, Громила снова заглядывает мне в глаза:

— Мои ни за что не примут меня назад, если стану служить под Урвином.

— Я Элис.

— Это ненадолго.

Мы замолкаем. Сознаем, что эта связь, выкованная с таким трудом, может разорваться из-за родового соперничества. Мы – преемники наследственной вражды, и наше собственное отношение к ней ничего не значит, ибо эта борьба куда больше нас самих.

— Громила, – шепотом произношу я, – понимаю, тебе придется уйти, но мне бы очень этого не хотелось. Ты заслужил мое доверие, а людей, с которыми я бы стал биться на войне, не так уж и много.

Громила смеется:

— Скажи еще, что мы друзья.

— Мы и есть друзья.

Он замирает.

— Эгоистично просить тебя остаться, – говорю, – зная, как к этому отнесутся твои близкие. Однако ты нужен мне на этом корабле.

Он хмурится, и несколько долгих секунд ни один из нас не произносит ни слова. Слышно только, как чуть заметно вибрирует нутро корабля.

— Вот уж не думал, что будет так трудно, – произносит наконец Громила, почесывая в затылке, а потом протягивает мне конверт. – Заявление об уходе.

У меня отвисает челюсть.

— Молчи, Урвин. Сам знаешь, что должен отпустить меня, ведь грядет призыв.

— Я и не собирался держать тебя силой.

— Вот как…

Несмотря ни на что, я чувствую боль. Пристально смотрю на письмо, потом на Громилу.

— Ну что ж. – Он стукает меня в плечо и встает. – Отважнее тебя чертяки мне не встречалось. Я уже давно все знал. Еще тогда, в переулках Холмстэда. Ты бился, как умирающий с голоду провлон. Знай только: что бы ни ждало нас в будущем, моего уважения ты не утратишь.

У самого порога я его окликаю:

— Что дальше будешь делать?

— Ну как же, Элис… Последую призыву и возвышусь.

⁂

Выйдя в открытое небо подальше от островов, мы попадаем на большое собрание кораблей. Тут и охотничьи суда, и корабли ученых, небольшой кораблик исследователей и даже флагман Мусорщиков, «Пинта». А позади них заслоняет небо флот Стражи: две дюжины авианосцев, полсотни линейных крейсеров и больше двух сотен свифтеров. Не говоря уже о том, что «воробьев» налетело больше, чем светит звезд на небе.

В самой середине завис корабль короля, «Неустрашимый». Несколько бортов, включая мой, приближаются к гигантскому судну.

— Посадку разрешаю, – раздается из моей запонки голос диспетчера. – Ангар «А».

Мы огибаем «Неустрашимый», и я изумленно оглядываю его. Он крупнее самого большого авианосца: одного бортового залпа ему хватило бы разорвать в клочья линейный крейсер. Однако восторг мой гаснет при мысли о том, что даже этот корабль как малиновка на фоне гигатавна.

На королевский борт прибыли все суда мастеров, кроме разве что корабля ученых, который сейчас бороздит неизведанные глубины небес. Сегодня мастера с королем выберут нового мастера Стражи порядка.