Книга Среди змеев, страница 147 – Марк Дж. Грегсон

— Тара, даже если ты права, у нас нет припасов. Нам нужно рационально расходовать боекомплекты и беречь оружие.

— Ну как-то уничтожить эту экосистему надо. Не позволяй эмоциям взять над тобой верх, принц. Мы должны забыть о милосердии.

Знакомый тон. Это вызывает у меня раздражение.

— Ты хотела обсудить еще что-нибудь? – спрашиваю.

— У меня все.

Пожелав советнице доброй ночи, выхожу в коридор. Меня бесит то, что она сообщила эти сведения именно сейчас, практически сразу после того, как мы потеряли «Отважный» и как объявился Себастьян, сломавший потом трахею одному из солдат. Ее волнует нечто, для чего еще не пришло время, но хуже всего – то, что она добавила мне проблем, которых и без того выше крыши.

Почему мне всегда приходится решать, кому жить, а кому умереть? Должен ли я уничтожить целую экосистему лишь потому, что она служит пищей опасным тварям? Должен ли я высадить Себастьяна на острове – и пусть он там выживает как может?

Наконец я открываю дверь в свою каюту. Сбрасываю магнитные ботинки, сдергиваю с шеи очки и осторожно стягиваю с себя куртку: кожа все еще зудит, обожженная ядовитым воздухом. Я беру баночку мази, которую выдала мне Арика, и обильно смазываю шею, где зуд сильнее всего. Живот скрутило. Кладу на стол камень-коммуникатор и уже представляю, как накроюсь одеялом, просплю сколько получится… Однако, направляясь к койке, краем глаза вижу, что на диване кто-то сидит.

— Брайс? – машинально говорю, потом оборачиваюсь и…

Это вовсе не Брайс.

Кожу начинает покалывать. Поверить не могу. Невозможно.

— Здравствуй, брат, – произносит Элла.

Я не знаю, ругать Эллу или заключить в объятия, поэтому некоторое время просто таращусь на сестру, не в силах поверить, что она здесь. Это просто бессмыслица. Как она сюда пробралась? Зачем?

— Дядя ищет тебя, – говорю наконец. – Он думает, что тебя взяли в плен.

— А я вот здесь, спряталась. Что, даже не поздороваешься?

— Элла, – в недоумении моргаю я, – вокруг неизведанные территории. Тут опасно. – Помолчав, добавляю: – Мы можем не вернуться в Скайленд.

— Вернемся. Мы же Урвины.

Я сейчас не в настроении выслушивать всю эту крачью чушь об Урвинах.

— Мы не так уж неуязвимы, и с той стороной связи нет. Сигналы коммуникаторов не проходят за облачную стену. Дядя на твои поиски тратит ресурсы. Те, которые мог бы пустить на войну. Зачем… зачем ты здесь?

Элла молчит, раскрывая и закрывая рот. Медлит, потому что обучена прятать эмоции. Однако ее выдает выражение лица. Есть небольшой, совсем небольшой шанс, что до нее дошло нечто из сказанного мною.

— Я не доверяю Северине, – говорит сестра.

— Поэтому пряталась у меня?

Помолчав, Элла говорит:

— Она… она все портит.

— Супруга дяди мне неинтересна. Послушай, ты проделала с нами такой путь… – С Эллой надо говорить на понятном ей языке. – Если прямо и откровенно, то это показывает твою силу.

Сестренка с сомнением смотрит на меня, а потом снимает с пояса трость, эту страшную красную подделку, дар дяди: она без единой трещинки, у нее нет истории. Затем Элла достает из-под воротника медальон на тонкой цепочке, с одной стороны которого вытравлен орел Урвинов, а с другой – наши с Эллой инициалы, «КиУ» и «ЭиУ». Этот кулон я сам подарил сестре много лет назад в знак того, что мы с ней никогда не расстанемся.