Книга Среди змеев, страница 122 – Марк Дж. Грегсон

Дядя неподвижно лежит на земле.

— Отец, – негромко произносит Элла. – ОТЕЦ!

Неожиданно дядя издает смех и упирается ладонями в мокрую мостовую. Сионе оторопело смотрит, как он встает. Толпа притихла, а над трибунами снова разносится дядин хохот.

Достав изо рта выбитый зуб, дядя бросает его в сторону.

— Моя очередь, – говорит он.

И переходит в атаку. Сионе делает выпад, но дядя в пируэте обходит его, а потом, перехватив трость обеими руками, бьет противника орлом Урвинов по лицу. Великан падает. Сгруппировавшись, дядя делает кувырок, снова вскакивает на ноги и вихрем разворачивается к Сионе.

Рослый противник встает, утирает кровь с лица и яростно бьет себя кулаком в грудь. Кинувшись к дяде, он хлещет наотмашь с такой силой, что мог бы, наверное, расколоть валун. Но дядя, скользнув в сторону, обрушивает трость Сионе на колено.

Раздается ужасающий хруст.

Я вздрагиваю, а толпу охватывает мертвенная тишина.

Сионе со стоном хватается за колено трясущейся рукой, но дядя не ждет и нападает снова. Бьет с нечеловеческой скоростью. Сионе пытается увернуться, но разбитое колено подводит его, и он теряет равновесие. Теперь уже дядя откалывает по кусочку от глыбы его непоколебимости. Сионе пятится, закрываясь, морщась и припадая на раненую ногу. В конце концов дядя наносит укол ему в живот, и Сионе падает.

На трибунах становится совершенно тихо. Не слышно даже шепотка с мест низинников.

Дядя налетает на Сионе, точно изголодавшийся провлон на оленя. Удары сыплются слева и справа. Сионе катается по земле, защищаясь, пока внезапно его трость не ломается надвое от удара орлом Урвинов.

Этот треск разносится над ареной как раскат грома.

Трость Ниуматалоло. Та, что была при нем с начала молниеносного взлета, та, что не знала поражений. Теперь ее обломки плавают в луже ледяной воды.

Нанося оглушительные удары, дядя ломает Сионе ребра. Постепенно тот превращается в месиво, сплевывает кровь на арену. Слякоть окрашивается розовым.

В отчаянном рывке Сионе отталкивает дядю ногой. Он дышит быстро, лихорадочно. Пытается встать. А когда ему это не удается, он перекатывается и ползет к самому большому из обломков трости.

Дядя преследует оппонента, точно крадущийся хищник. Устраивать представление из смерти Сионе нет нужды. Это у Адделин не было внушительного списка побед, и она лишилась дядиного уважения.

Но Сионе…

Дядя мрачен. Он не находит радости в том, что ему предстоит сделать. Убийство Сионе лишь ослабит Скайленд.

Однако ради власти дядя ни перед чем не остановится.

Он преграждает Сионе путь, не давая уползти дальше, и тот садится на пятки, пораженно глядя на человека, что возвышается над ним. С достоинством, закрыв глаза, делает последний глубокий вдох.

— До конца, – тихо произносит Сионе.

— Да. Твоего конца.

Взявшись за трость обеими руками, дядя с душераздирающим хрустом обрушивает орла Урвинов прямо на лоб Сионе. И прославленный дуэлянт с Восточного рубежа падает замертво.

Несколько долгих мгновений царит такое молчание, что слышно, как падает снег. Дядя поднимает голову, смотрит в обращенные к нему лица и утирает кровь с губ.

Тихим, спокойным голосом произносит:

— Есть еще желающие?

Пораженные зрители немо выдыхают облачка пара. Я чувствую, как на скамьях зреет новое настроение. Теперь все смотрят на дядю иначе. Нет больше недовольства, оно сменилось… восторгом?